Поиск
Обновления

16 октября 2018 обновлены ориджиналы:

10:04   Вдребезги

15 октября 2018 обновлены ориджиналы:

22:49   Обнуление

13 октября 2018 обновлены ориджиналы:

09:21   Фрайкс

09 октября 2018 обновлены ориджиналы:

10:55   Лучший худший день

10:47   Приблуда

все ориджиналы

С точки зрения науки - Эпизод с кружкой  

Декабрь еще даже не успел толком начаться, а землю уже припорошило снегом. Смотря на все это белое безобразие, можно было вполне себя убедить, что на улице не обычные для зимы тридцать пять* градусов, а все минус три. Джеймс этим и занимался по утрам, мрачно глядя в окно и бурча себе под нос: «Там пиздец холодно». Снег довольно быстро растаял, превратившись в серую кашицу по краям дорог, но привычка по-старчески жаловаться на погоду у Юна осталась. Он стабильно натягивал на себя самый теплый свитер и джинсы с начесом — и очень удивился, проснувшись однажды с тяжелой головой и насморком. Уверовав в теорию заговора против себя самого, Джеймс стал еще сварливее обычного, бросая сердитые взгляды на каждого, кто случайно чихал или, подавившись бутербродом, кашлял.

Логан пропадал на работе. Или занимался еще какими-то своими странными делишками вне дома. Юн, больной и злой, только радовался этому. Гэбби шутила, что ему сопли передавили гипоталамус, мешая испытывать любые другие эмоции, кроме раздражения. Джеймс был бы и рад это опровергнуть, если бы ему не хотелось дать в нос каждому, кто его на этой неделе бесил — а бесили его все, начиная от попрошаек на улице и заканчивая перманентно опаздывающим на лекции профессором.

— Тебе нужно расслабиться, — сказала Гэбби. Сама она не сильно-то и напрягалась, считая дни до Рождества и не утруждая себя подготовкой к экзаменам. Джеймс попытался недовольно шмыгнуть носом, но тот оказался настолько забитым, что ни капли воздуха через него не просочилось.

— Не в том смысле, что перестать учить, а в том, что сходить куда-нибудь.

Ей легко было говорить. Юн сам по себе не был особо социальным человеком, а с болезненно припухшими глазами и подавно отказывался куда-либо выходить, кроме университета и магазина рядом с домом.

— Да брось, кто тебя там увидит? — отмахнулась подруга. — Слушай, Эмили завтра выступает, билеты нам с тобой даст. Когда не думаешь о простуде, она быстрее проходит!

— Ты все проблемы так решаешь, — пробубнил Джеймс, потирая переносицу.

— Ты видишь у меня какие-то проблемы? Лично я не вижу. Значит, мой метод работает.

Но Юн все равно отказался. Втайне он надеялся, что Гэбби еще его поуговаривает, и тогда, может быть, он снизойдет до того, чтобы сходить на концерт… но вместо этого девушка просто пожала плечами и сказала:

— Ладно, тогда Логана позову.

Джеймс обиделся. Гэбби, листая ленту «Твиттера» на телефоне, этого не заметила. Тогда он язвительно напомнил, что этот не сможет, потому что работает. Подруга, не отрывая взгляда от фоток чьей-то собаки, сказала, что этот как раз-таки сможет.

— С чего ты это взяла?

— Я знаю, когда у него выходные.

Больше они не разговаривали. Лекция закончилась, и группка наиболее ответственных студентов, присутствовавших на ней, начала расходиться по домам. Честно предложив подвезти и получив отказ, Гэбби буквально испарилась, бросив прощальное: «До понедельника» — у нее, в отличие от Юна, завтра не было пар. Уже стоя на продуваемой ветрами автобусной остановке и хлюпая носом, Джеймс пожалел о своем решении не ехать на машине, но деваться уже было некуда. К тому же, он считал себя серьезно обиженным.

«Бросила меня ради этого. Конечно, отличная тактика, приятель: отравить колодцы, лишить друзей, заразить… Уверен, что подцепил там от кого-нибудь в своей забегаловке бациллу и домой принес. В кружку по-тихому начихал и привет. Ждет теперь, пока я сдохну».

Он накручивал себя до самой квартиры и был неприятно удивлен, застав в ней Логана. Этот, судя по всему, тоже только что пришел, не успев стащить с себя нелепый свитер, поздравляющий всех грязных животных с Рождеством.

— Привет! — сосед улыбнулся, выглядывая из-за холодильника. — Чай хочешь?

Джеймс и тут хотел было отказаться, но он так продрог по дороге, что сделать это не хватило вредности. Он согласился.

— Я сам налью, — добавил он, помня про начихивание микробов в кружку.

— Да брось, мне не сложно, — отмахнулся Логан, изящным движением плюхая чайник на подставку. О, то есть чая, по сути, еще даже нет. Интересно, а когда вода закипит, то этот побежит в магазин за эрл греем?

Скорее случайно, чем специально замаскировав свое ироничное фырканье сдавленным чихом, Джеймс скользнул в ванную. Не желая подвергать опасности и без того пошатнувшийся иммунитет, он едва ли не вдвое увеличил отведенное на мытье рук время. Кожа такого рьяного очищения не выдерживала, сохла и трескалась, но Юн продолжал тереть ладони с каким-то особым садизмом. Ему казалось, что с началом простуды на руках начало оседать куда больше всякой дряни, чем обычно, и ощущение, будто бы он хорошенько покопался в грязи и не стряхнул ее после, не проходило. Так и до приступа было недалеко.

Он выключил воду. Пальцы подрагивали. Не страшно — просто посчитать до десяти. Джеймс закрыл глаза. Голова немного кружилась от усталости.

— Соберись, — пробормотал он.

… восемь, девять, десять. Пальцы не дрожат.

Аккуратно промокнув руки бумажным полотенцем, Джеймс открыл дверь. Та, как оказалось, прекрасно глушила не только бурление чайника, но и шипение чего-то на сковороде — Логан грел себе ужин. Сглотнув набежавшую было слюну, Юн напомнил себе, что у него тоже будет прекрасный перекус из лапши быстрого приготовления и энергетика. Желудок с ним, правда, может не согласиться, но да кто его спрашивает.

Джеймс протиснулся на кухню, к шкафам с посудой, где в углу притулилилась его кружка. Ее нужно было вымыть.

Логан, украдкой наблюдавший за ним, слегка наклонил голову и заинтересованно спросил:

— Почему Хью Лори?

— Что?

— Ну, на кружке. Любишь «Доктора Хауса»?

— Терпеть не могу.

Вероятно, думая, стоит ли расспрашивать дальше, Логан замолчал. Хотя, может, он просто отвлекся на свой ужин.

— Это Гэбби подарила, — буркнул Юн. — Посчитала это забавным.

— А ты?

— Я ничего не имею против Хью Лори.

— А против «Хауса»?

— Много чего.

За чайником они потянулись одновременно. Джеймс собирался сделать все сам, а этот, естественно, по-своему, как и предлагал. В итоге этот взялся за ручку первым, а Юн, спешно изменив направление движения руки, напоролся на обжигающе-горячий бок. Дернулись они тоже одновременно: один обжегшись, а второй — нервно среагировав на резкое «блядь».

Кружка слетела со столешницы, сбитая чьей-то рукой, и жалобно звякнула об пол. Хью Лори осуждающе уставился на них снизу вверх, виня сразу обоих в потере ручки и отколовшегося вместе с ней напечатанного правого уха.

— Да твою же мать, — Джеймс вспыхнул от уха до уха, вперив взгляд в глупые фиолетовые тапки Логана в виде зайчиков.

— Черт, чувак, я случайно, — этот присел на корточки, смущенно поглаживая шею.

— Еще б ты специально! Я же сказал, что сам все сделаю!

— Черт, мне жаль. Глупо вышло. Я сейчас уберу.

— Да не трогай ты ничего, еб твою мать!

Джеймс резко опустился на колени, схватился за ту часть кружки, которую этот уже успел поднять, и дернул на себя. Влажные пальцы скользнули по боку прямо на скол. Звякнул об пол злополучный осколок. Прежде, чем Юн успел сделать хоть что-либо — желательно сказать что-нибудь нецензурное, — Логан взял его за запястье и наклонился ближе.

Совсем ближе.

Пораженный такой наглостью, Джеймс сделал первое, что пришло ему в голову — ударил соседа в челюсть.

Он давно не практиковался, да и левая рука не была у него ведущей, но удар получился сильным. Логан повалился назад, чудом не ударившись затылком об пол.

— Какого хрена! — запоздало воскликнул Джеймс, уставившись на свою ладонь. Он так крепко сжал кулак, что на коже остались вмятины от ногтей. Сосед не ответил, ошарашенно ощупывая лицо.

Повисла неловкая тишина. Юн истекал кровью и постепенно остывал, начиная жалеть, что поднял на Логана руку. К своему вящему неудовольствию он понял, что совершенно перестал злиться. Не то чтобы ему было выгодно и дальше быть не в настроении — дело было в том, что, получается, таким образом он спустил пар. У него бывали проблемы с контролем гнева, но бить людей по-настоящему никогда не входило в его планы. Даже бесящих.

Джеймс поднял кусок кружки. Поймав очередной осуждающий взгляд Хью Лори, он сглотнул и буркнул:

— Извини. Пожалуйста. Я перегнул палку.

Логан сел. Было видно, что он сжимал и разжимал зубы — видимо, пытаясь таким образом понять, больно ему или нет.

— Ничего, — сказал он в ответ. — Это я виноват.

Изогнув брови, Юн поднял на него взгляд. Как бы он ни хотел никому в этом не признаваться (даже себе самому), но Джеймс знал, что вина только на нем. По разным причинам.

— Извини, что схватил за руку, — этот смотрел в сторону и глуповато улыбался. — Это рефлекс. Моя сестра часто резалась, и я… ну, в общем, да. Это глупо. Ты сам мог справиться, тебе ж не восемь… Удар у тебя, конечно, хорош.

— Больно?

— Жить буду. А если синяк появится, то можно будет замаскировать.

Улыбка у него при этом как-то сразу скисла, а через пару секунд и вовсе завяла. Джеймс опустил глаза и увидел, что он закапал кровью плитку. Логан тоже это заметил и вежливо предложил пластыри. Юн не менее вежливо согласился и с трудом встал на ноги. Ему показалось, что в коленках хрустнуло, сломавшись, что-то важное, хотя ничего такого в коленках не было.

Сунув ладонь под воду, он смог наконец рассмотреть порез. Тот был длинным, через два пальца — указательный и средний, — и снова начал кровоточить, стоило закрыть кран.

Вскоре из ванной вернулся Логан, протягивая Джеймсу антисептик и пачку лейкопластырей.

— С собачками? — удивленно спросил тот, разглядывая их через тонкую бумагу упаковки.

— Все взрослые разобрали, — ответил сосед и отвернулся к своей сковородке. Помощь он больше не предлагал — хотя сейчас, успокоившись, Юн бы ее принял.

— Ты бы, — стоило только начать говорить, как во рту моментально пересохло, — приложил лед к лицу. И… эм… скажи, если станет хуже.

Логан фыркнул и поморщился. Он не удостоил Джеймса взглядом, но все-таки ответил:

— Как это мило с твоей стороны.

Злость действительно совершенно испарилась, но теперь на ее место пришел стыд. Недаром мама-Юн всегда была против рукоприкладства, считая его недостойным внимания методом решения конфликтов. Папа-Юн был с ней не согласен, говоря, что до некоторых людей донести информацию можно только грубой силой. По-своему они оба были правы, но… заслуживал ли Логан такого к себе обращения? Определенно нет. Как бы он ни раздражал, он никогда не делал ничего по-настоящему низкого, за что стоило бы врезать.

Пока Джеймс разбирался с порезом и внутренне метался, сосед подобрал с пола осколки кружки, сложил все мелкие в самый крупный и оставил на краю раковины, после чего подхватил сковородку и вместе с ней ушел в свою комнату. Подготовленные извинения так и остались невысказанными. Юн утешил себя тем, что сможет еще раз нормально попросить прощения завтра…

… но Логан с утра не вышел из комнаты. Джеймс робко постоял у его двери, прислушиваясь, но в итоге ни с чем уехал в университет, чтобы в итоге вернуться домой поздним вечером. Не сказать, что он задержался специально — просто не стал отказываться, когда один из однокурсников попросил помощи с подготовкой к экзамену. Осчастливленный знаниями, тот всю дорогу к автобусной остановке неустанно намекал в стиле «ты, я, кровать — звучит заманчиво». Джеймс кусал губы и неустанно отказывался, справедливо считая, что простуда — отличная для этого причина. К тому же, он знал, что этот однокурсник не моет руки после туалета, и все его «ненавязчивые» касания оказывались очень даже навязчивыми, если не сказать «прилипчивыми». Поэтому по возвращению домой Юн сразу же отправился в душ и долго там терся мочалкой.

Только выйдя из ванной, он понял, что Логана нет дома. Из-под его двери не пробивался свет, не было слышно приглушенной музыки. Для верности Джеймс постучал по косяку, а потом, набравшись храбрости, повернул ручку.

Комната соседа оказалась не настолько захламленной, насколько Юн ее запомнил. Вещи все еще лежали кучками на полу, а шторы висели далеко не на всех крючках, но в целом все было… терпимо. Широкая кровать, занимавшая треть помещения, была заправлена. Книги и какие-то фигурки на полках явно стояли по какому-то принципу, и их не покрывали вековые слои пыли. Стены явно были несколько раз перекрашены — через самый новый слой пробивались серо-желтые разводы от воды. Почти везде пестрыми заплатками были наклеены плакаты, картинки и ярко-желтые стикеры, а под потолком почему-то красовалась гирлянда, гласящая «С днем рождения, 60 лет». В угол между кроватью и стеной был впихнут крохотный столик, на котором ютились ноутбук и несколько стопок книг и блокнотов, в итоге соединявшихся в одну. На всем этом великолепии стоял маленький штатив.

— Наверное, он и правда что-то снимает, — пробормотал Джеймс, вспомнив видео, которое ему несколько месяцев назад показывала Гэбби.

Еле подавив желание зайти и хорошенько обшарить стол в поисках улик (Юн так их назвал про себя — «улики», собрав в эту категорию все то, что могло бы ему подробнее рассказать о Логане без участия последнего), он попятился и закрыл за собой дверь. Не потому, что совесть взяла свое, а потому, что боялся не услышать, когда придет сосед. Кто знает, где он и когда ему взбредет в голову вернуться?

Джеймс кулем рухнул на скрипнувший диван и приготовился ждать. Он серьезно вознамерился извиниться, потому как делать это надо было как можно скорее, чтобы не перегореть. В итоге к полуночи он переделал множество дел… как ему казалось. Открыл книгу — но так и не прочел дальше пятнадцатой страницы. Переиграл во все имеющиеся игры на телефоне, а, когда те закончились, скачал новые. Несколько раз туда и обратно пролистал ленту в фэйсбуке. Пытался даже учить, но вскоре понял, что знания пролетают через голову, упорно отказываясь там оседать, и бросил это занятие. В конце концов Юн начал смотреть видео с котиками. Потом — видео со щеночками. Затем еще парочку с научпоп-каналов, снова какую-то бессмысленную милоту…

А потом увидел Логана. Увы, не в дверях квартиры, а в телефоне, в предлагаемых приложением видео.

Он ткнул в превью пальцем прежде, чем успел убедить себя в том, что делает это только от скуки.

Половину первой минуты Джеймс прослушал, уставившись в глаза Логана, в которых гипнотически отражался свет. Да и потом он тоже не вникал в содержимое ролика, глядя в экран. Даже в голове в это время было пусто. Лишь когда портретные кадры соседа сменились городскими пейзажами, Юн смог хотя бы подумать.

«Может, он все-таки не так уж и плох».

Насколько плох может быть человек с такой улыбкой, как у Логана? Не той дежурной, которой он приветствовал его, Джеймса, дома или тогда в кофейне, а… нормальной. Предназначенной кому-то, о ком он заботится. А если представить, что эта улыбка, такая открытая и жизнерадостная, посвящена всего лишь каким-то подписчикам, то насколько же лучше должна быть посвященная одному человеку?.

В коридоре заскрежетал ключ. Джеймс резко сел на диване, напряженно всматриваясь в темноту. Дверь в их квартире возможно было открыть практически бесшумно, и сосед так ее и открывал, знаменуя свой приход стуком каблуков ботинок по порогу. А сейчас звук был такой, как будто кто-то замок пытается просто-напросто вскрыть — или не может попасть ключом в замочную скважину.

Приглушенные голоса перестали быть приглушенными, когда дверь наконец-то открылась. Ослепленный, Юн не сразу разобрал в куче ног и рук двух человек, и не сразу из этой кучи выцепил высвеченную подъездной лампой рыжую шевелюру Логана.

Сосед был не один, и, судя по всему, пьян. Даже слыша его голос без помех, Джеймс не мог разобрать, что за хрень он там бормочет, пытаясь снять ботинки и отчаянно путаясь в ногах.

— Не суетись ты так, — со смешком сказал кто-то второй.

Вспыхнул свет в гостиной. Если бы Юн в этот момент спал, то нарушителям его спокойствия бы не поздоровилось, но сейчас он просто сердито на них уставился.

— Приве-е-е-ет, — довольно протянул этот, щурясь. — Извини, мы тут немного… шумим. Ща уйдем. Тихо, как эти… как кто.

— Мыши? — подсказал стоящий чуть позади брюнет с немыслимым количеством колец в ушах.

— Мыши не тихие. Они как хомяки, — Логан авторитетно воздел палец вверх, падая плечом в стену и делая вид, что изначально и планировал о нее опереться. — Хомяки шумные. Днем тихие. Но сейчас же… это, ночь. У них жизнь ночью бурлит!

— У тебя тоже бурлит, как я погляжу, — буркнул Джеймс, с подозрением осматривая гостя. Тот заметил его взгляд, усмехнулся и подмигнул. — Это еще кто?

— Эт Итан, — Логан боднул гостя кулаком в плечо. — Он теперь мой бро. До дома подвез, все дела…

— Чудесно. Когда Итан собирается уходить?

— Итан не собирается, — ответил брюнет, лениво покручивая одно из колечек в мочке уха.

— А, — тупо сказал Юн. В повисшей тишине Логан оторвал себя от стены, отсалютовал и зашел в своею комнату. Бро же подзадержался, сообщив, что ежели он, Джеймс, захочет, то может в любой момент присоединиться.

— Ты знаешь, мне всегда нравились азиаты, — напоследок сказал Итан и скрылся за дверью, предварительно вежливо щелкнув выключателем и оставив Джеймса в полной темноте.

Юн фыркнул. Злобно встал, прошагал через гостиную к шкафу, злобно порылся в ящиках, нашел беруши в одном из них и злобно вставил их в уши. Обратно до дивана он шел уже менее злобно, а, закопавшись в одеяло, даже хмуриться перестал.

Этот мог спать с кем захочет и сколько захочет. Джеймсу до этого дела нет. Но Итана он бы забраковал. Азиаты ему нравятся, ишь. Где он в этом азиата увидел. Фетишист ебучий. И этот тоже хорош — мог бы хоть предупредить, что кого-то приведет…

«Я бы ловушки у порога расставил».

Появилась забавная мысль позвонить тому однокурснику, но Юн ее быстро отогнал, стоило вспомнить о немытых руках. Отвратительно. Это все — отвратительно. Но ему все равно. Абсолютно фиолетово. Просто вот до лампочки. И извиняться он не будет, вот!

Но, как бы Джеймс не пытался себя убедить, что ему плевать, он все равно продолжал напряженно вслушиваться в происходящее за стеной даже через беруши.

В тексте не погодные аномалии, а градусы по Фаренгейту. 35 градусов по Фаренгейту — где-то один по Цельсию, -3 это -19. Не Сибирь, но прохладненько: D

Комментарий автора ориджинала tharannas
 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,003 секунд