Поиск
Обновления

24 июня 2018 обновлены ориджиналы:

01:03   Фландрийский зверь

18 июня 2018 обновлены ориджиналы:

11:46   Ледяная крепость

17 июня 2018 обновлены ориджиналы:

19:29   Северный волк

15 июня 2018 обновлены ориджиналы:

23:43   Чёрный Путь

14 июня 2018 обновлены ориджиналы:

15:38   Сказания о потерянных осколках

все ориджиналы

Кальмайский перевал - Дурная примета  

Эльгвар тряхнул влажными волосами и выжал рубаху. Пусть не получилось чисто выстирать, зато грубая изношенная ткань пахла мылом, а не потом.

Он вздохнул, прогоняя прочь воспоминания. Привыкший к одиночеству, охотник уже не мог помыслить о том, что остаток жизни придётся провести одному. За короткое время он привык к бойцам, смотревшим ему в рот и ловившим каждое слово. Эльгвар привязался даже к ехидным репликам Арктара Солея. Но более всего ему будет не хватать Назгура Голлдара, друга, с кем можно поделиться всем, не боясь, что тот выдаст тайну.

Лишь Назгур знал, что Эльгвар Ферох — бастард, не желавший ничего знать о родном отце, которому не было дела до сына.

Назгур оказался лёгок на помине. Он подошел к нему, встал рядом и уставился на голую загорелую грудь.

— Окунись, — посоветовал Эльгвар.

— Что, тоже не по себе? — съязвил тот. — Окунусь, но позже. Сначала расскажу то, о чём ты хочешь знать.

— Да ну тебя. Я слишком вымотался, чтобы… — Эльгвар не мог не ответить той же монетой.

Назгур постоял, переминаясь с ноги на ногу, но так и не сел.

— Ты сам как думаешь, зачем мы здесь?

Эльгвар разложил рубаху на камне. Назгур смотрел, как перекатываются мышцы под загорелой кожей.

— Как зачем? Дорогу к Безлони проложить. Пусть сейчас мир, но хаквиндцы не дремлют. Дозоры расставили везде, кроме Кальмая. — Эльгвар некоторое время размышлял, наморщив лоб, после продолжил: — Хотя, судя по тому, как ведут себя свьорры, я уверен, что хаквиндцы расставили дозорных и здесь.

Назгур сел на колени. Слова друга ему не понравились.

— Думаешь? — спросил он. — Проклятье, неужели они и здесь нас обошли?

Эльгвар взял его за плечо и, заглянув в лицо, процедил:

— Послушай, Безлонь — важный стратегический город. Если мы его оттяпаем, то хаквиндцы никогда больше не смогут нас одолеть. — Эльгвар был так близко, что чувствовал дыхание Назгура. Он отвернулся, не желая повторения сегодняшнего события. — Они не дураки. Одиннадцать лет — большой срок. Пустить все силы на войну против свьорров за это время могли.

— Проклятье! — Назгур зло сплюнул и, погладив бороду, продолжил: — Но свьорры раньше не появлялись в нашей стране. Я бы знал!

— Ах, да. Орден, сующий свой нос везде! — Эльгвар усмехнулся и покачал головой. — Странно, что до меня не добрались.

— Наши патрули прохаживались только у Кальмаев. У нас людей не так много, чтобы прочёсывать всю округу, — пояснил Назгур. — Мы потому и решили сунуться в горы, что было тихо. Ошибались, — он покачал головой, — но ты хотел знать, что мы здесь делаем, не так ли?

Голлдар усмехнулся, увидев удивленный взгляд приятеля.

— Постой, выходит, вы не прокладываете путь к Безлони?

— Нет. Нам нужен сам Кальмай. Потому мы должны пройти его вдоль и поперёк, чтобы составить подробную карту, что и где находится, — признался Назгур Голлдар и, заметив недобрый взгляд, пояснил: — Почему столь богатый на руду край должен оставаться незаселённым?

Эльгвар схватил друга за плечи и встряхнул.

— Незаселённым?! Это ведь не твои слова. Наверняка Фелиса III. Жадный ублюдок весь в папку пошел! — Ферох отпустил плечи Назгура. — В Кальмае живут свьорры. Это их дом. Их куда девать собрались?

— О них речь не шла, но никто не собирался их прогонять, — ответил Назгур. — Да, они досадное препятствие, приходится быть настороже, но…

Эльгвар не выдержал. Он подскочил на ноги и, схватив друга за грудки, встряхнул так, что рубаха треснула.

— Досадное. Препятствие! — Ферох грязно выругался. — Свьорры, заселившие горы куда раньше, чем люди — равнину, — препятствие. Где твоя голова? На черничной поляне осталась, где я тебя отодрал?!

Эльгвар не смог продолжить речь. Назгур не выдержал и ударом в скулу сбил его с ног.

— Сукин сын! — выругался он, потирая кулак. — Да, я сглупил, я был не в себе, когда согласился на такое, но это не значит, что позволю унижать себя!

Эльгвар дотронулся до скулы, на которой наливался синяк.

— Ладно, признаю, что был неправ, — он вздохнул, — но пойми и ты, что, не взяв свьорров в расчёт, рискуешь не только своей башкой, но и молодых бойцов, твоих подчинённых. Это свьоррья родина. И они будут стоять за неё до конца! — Ферох приложил к скуле камень. — Не скажу, что мне их жалко, но подыхать не хочется. Да и пока они здесь обитают, никто не сунется с этой стороны к нам, кроме хаквиндцев, но и те лишь со стороны Безлони.

— От свьорров неизвестно чего ожидать, — возразил Назгур. — Мы не знаем, сколько их и что у них на уме. Им никто не мешает учинить войну против нас. Если Кальмай станет нашим, мы будем знать, что замышляют хаквиндцы.

— Болван! — Эльгвар потёр лоб. — Не ты, а я. Никогда не подумал, что Орден пойдет в Кальмаи с войной. И… я бы никогда не согласился вас вести…

Назгур пожалел, что обо всем рассказал, что доверился тому, кто считался другом, тому, кто еще сегодня пылал от страсти. Но даже телесная близость отнюдь не означала, что следует доверять до конца. Скорее наоборот. За одиннадцать лет исчезли духовные узы.

— У тебя не было выбора. — Он не мог не упрекнуть Эльгвара. — Ты дезертир, и мне об этом известно.

Ферох не нашёлся что ответить.

— Ты решил, я согласился, потому что испугался, что ты меня выдашь? — Охотник усмехнулся. — А ты не подумал, что пока будешь писать доклад, я успею скрыться? — Тон Эльгвара Фероха был спокойным. — Но, проклятье, я за одиннадцать лет даже не сменил имя. Скажи, я похож на труса?

— Я не это… — начал Назгур, но замолчал. Приятель снял с камня еще не высохшую рубаху и удалился. — Проклятье, я хотел тебя увидеть. — Он разделся и вошел в неглубокую горную речушку, чтобы ополоснуться.

Но память нельзя смыть. Назгур знал, что никогда не забудет крепкие объятия, страсть, появившуюся внезапно, не к месту и не вовремя. Как ни странно, ему не было стыдно. Было неловко лишь за то, что он не учёл одного — мнения Эльгвара Фероха.

«Сами справимся!» — рассудил Назгур, выходя из воды, и обернулся, услышав шорох за большим нагромождением валунов.

Он достал меч и обошел камни. Не заметив ничего подозрительного, взял валявшуюся на земле одежду и пошёл в лагерь, откуда ветер тянул вкусный запах жаркого из оленины.

***

Сердце Арктара Солея было готово выскочить из груди. Он, не шевелясь, лежал на валунах. Казалось, герр Голлдар далеко не ушёл, что он поджидает, когда Арктар спустится вниз.

«Нет, герр Голлдар верит мне, а вот его дружок — нет!» — подумалось Солею.

Его трясло от услышанного. Эльгвар Ферох был не просто другом, но и любовником герра Голлдара. Более того, он дезертир.

«Теперь-то ты не посмеешь больше унижать меня!» — Арктар победно улыбнулся. Несмотря ни на что, он не собирался причинять вред своему военачальнику, но Фероха было необходимо держать в узде.

Арктар сполз с валунов, нащупывая ногой опору. Слезть всегда было труднее, чем куда-либо взобраться. В этот миг вспомнилось детство, когда маленький Арк, как его называл старший брат, залезал во все немыслимые места, играя в прятки со сверстниками и получая насмешки от Натрайта Солея-младшего.

Арктар вздрогнул от воспоминаний. Нога соскользнула с уступа, и он кулем рухнул на землю. Плотный подлатник смягчил падение, но непокрытая голова ударилась о камень. В глазах Арктара потемнело, но сознание не померкло.

Солей поднял голову, дотронулся до затылка и нащупал шишку.

«Нужно идти в обход, иначе этот треклятый Ферох заподозрит неладное!» — решил он и поднялся на ноги. Сердце сжалось, когда молодой человек вспомнил злое лицо Эльгвара. Солей осознал, что боится Фероха, похожего на зверя.

Арктар пошел вдоль берега вниз по течению. Он решил обойти лагерь и появиться с другой стороны, сообщить, что заблудился. Да всё что угодно, лишь бы Ферох не догадался, что разговор с герром Голлдаром был подслушан.

Арктар брёл по берегу. Голова болела. Хотелось поскорее попасть в лагерь и улечься спать, подтянув колени к животу.

— Проклятье! — Он споткнулся о камень и остановился как вкопанный, заметив за большим валуном что-то белое. Сердце ёкнуло.

Солей достал меч и замер в ожидании. Свьорр не торопился умереть. Арктар чувствовал на себе его пронзительный взгляд.

Свьорр выпрыгнул из-за валуна и, цепляясь длинными когтями, взобрался наверх по скале. Арктар Солей бросился в лагерь.

***

Никто не обратил внимания на появление Арктара Солея. Тот облегченно вздохнул и полез в палатку.

Назгур Голлдар тихо переговаривался с Эльгваром Ферохом так, будто ничего не случилось.

«Свьорр был один!» — успокаивал себя Арктар. В одиночку против воинов Ордена выходить было бы безумием даже для свьорра. С этими мыслями он улёгся и попытался уснуть, подтянув колени и обхватив их руками.

Едкие червячки совести не позволили безмятежно поспать. С одной стороны, было необходимо предупредить герра Голлдара, но с другой — Арктар помнил, как Ферох едва не сломал ему руку на озере, заподозрив невесть в чём. Солей боялся Эльгвара Фероха.

Арктар открыл глаза. Был день. В палатке, кроме него, никого не было.

«Почему меня никто не разбудил?» — разозлился он и выбрался наружу.

От увиденного перехватило дыхание. Множество изувеченных тел лежало на земле, почерневшей от запёкшейся крови. В мертвых истерзанных лицах он узнавал соратников. Длинные раны в виде полос говорили о том, что отряд был убит свьоррами.

 — Нет, Всеотец, я не этого хотел, — Арктар Солей расплакался.

Он метался по лагерю, натыкаясь на тела. Эльгвар Ферох лежал в обнимку с Назгуром Голлдаром. Оба были мертвы.

 — Герр Голлдар, клянусь, я не хотел! — Юноша опустился на колени и закрыл лицо руками.

 — Хватит реветь, Солей. Дай поспать! — вдруг раздался недовольный голос.

Арктар улыбнулся сквозь слёзы. Кто-то ещё остался жив.

Он открыл глаза.

— Сон. Дурной.

— Сон или нет, но ты не один здесь спишь, — ответил тот же недовольный голос, что и во сне. Арктар вылез из палатки и, ловя на себе любопытные взгляды часовых, побрел к герру Голлдару, пусть и рисковал застать в его объятиях охотника. Палатки Эльгвара Фероха не было. Он даже её не ставил.

— Герр Голлдар! — Арктар Солей поднял полог палатки. — Герр Голлдар, проснитесь!

Назгур пошевелился.

— Что случилось?

— Пока ничего, но… — Арктар влез внутрь. — Я провинился, герр Голлдар!

— Сядь! — приказал тот. — И без лишних соплей докладывай!

Солей взял себя в руки и поведал о том, что видел свьорра, умолчав, как подслушивал разговор.

— Неудачно выбранное место у скал, — пробормотал Назгур. — Захотелось у воды переночевать, — он погладил бороду, — остаток ночи придется не спать. Кто знает, что у них на уме. И… спасибо, Арктар.

— Но… — Солей запнулся. — Герр Голлдар, не стоит, я… — Он не смог пересилить себя и признаться, что знает больше, чем следует. — Может, лучше уехать отсюда?

— Я был бы рад, — Назгур положил руку на плечо подчинённого, — но Эльгвар Ферох решил покинуть нас, а без него мы хотя бы днём не заблудились. Ночью куда-то тащиться — безумие.

Арктар Солей резко дёрнулся.

— П-понял, — пробормотал он. — Я… не буду спать.

Он выскочил из палатки. Его обуревали двоякие чувства. С одной стороны, отсутствие Фероха его обрадовало, но с другой — Назгур Голлдар, уважаемый человек, оказался любовником охотника. Солей безмерно уважал военачальника. Он не собирался выдавать его, пусть тот вступил в позорные отношения. Осталось надеяться, что с уходом Эльгвара Фероха всё станет так, как было раньше.

В лагере царило оживление. Никто не спал. Арктар Солей понял, что не сможет больше уснуть. Зато его совесть была чиста.

***

Эльгвар Ферох споткнулся и грязно выругался. В темноте, освещаемой только светом луны и звезд, трудно было разглядеть, куда ступать.

Он сел на землю. Уставший за день Вэсин недовольно фыркнул, к тому же на каменистой местности плохо росла трава, и коню не хотелось продолжать путь голодным.

— Что расфыркался? Я устал не меньше! — отругал охотник ни в чём не повинную лошадь. — Назгур может делать то, что хочет, но без меня. Подстилка королевская. Что взбрело в голову Фелису III, то и вытворяет! — Вэсин лег на землю. Его хозяин устроился удобнее под боком у коня. — Пожалеет ещё, если успеет.

Эльгвару было не по себе. Пусть Назгур Голлдар принял решение отпустить проводника, попросту прогнал, но на душе было муторно от мысли, что отряду Ордена придётся блуждать в Кальмаях, будто взрослые бойцы — слепые котята. Но Ферох был отнюдь не лишенной гордости девицей или мужем-подкаблучником. Возвращаться он не собирался.

Вспомнился поцелуй Назгура, грубый, требовательный, лишённый всякой нежности, но искренний.

Подул сильный ветер, и Эльгвар очнулся от полудрёмы. Порыв принес с собой неприятный запах.

Охотник резко сел.

«Где-то разлагается труп!» — догадался он.

Судя по сильному смраду, разлагалось не одно тело. Эльгвар решил, что выяснять причину вони среди ночи — безумие, и поудобнее устроился под боком спавшего Вэсина.

***

Прохладный сырой туман осел каплями на лице. Эльгвар открыл глаза. Солнце еще не взошло, но вершины гор уже сверкали холодным огнём.

Он спросонья не сразу смог вспомнить, откуда дул ветер, который принёс смрад. После глотка воды из фляги в голове прояснилось, и охотник, взяв под уздцы недовольного сонного Вэсина, пошёл по каменистой земле.

Вонь, казалось, усиливалась по мере того, как утреннее солнце разгоняло туман. Эльгвар понял, что смрад издавало не одно тело и даже не десяток, а куда больше. Он был рад, что решил не завтракать, иначе наверняка бы вывернуло наизнанку.

«Откуда?» — задумался Эльгвар и огляделся. Ветра не было, но поросшая деревьями низина дала понять, что именно там спрятаны тела.

— Там лощина. Потерпи, Вэсин. — Он погладил коня по холке и, передохнув, пошел в низину.

Каменистая земля сменилась травой, и голодный Вэсин начал её щипать. Охотник сел на землю, позволяя коню наесться вволю. Солнце ласково грело лицо, и если бы не смрад, то утро было бы прекрасным.

Эльгвар некоторое время поразмышлял о том, кто или что могло погубить столько живого, будь то звери или люди, но в голову не шло ничего путного.

— Пора, друг. — Он поднялся и, взяв раздражённого Вэсина под уздцы, пошел в низину.

***

Даже бывалого Эльгвара тошнило. Он привязал Вэсина к дереву, после раздвинул ветви кустов. Продираться пришлось недолго. Вскоре взгляду открылась лощина, а в ней — множество тел, покрытых некогда белой, а теперь грязной свалявшейся шерстью.

— Свьорры! — Эльгвар подавил тошноту и присмотрелся. «Нийя, даже им не пожелаю такого!» — промелькнуло сочувствие. Среди тел было большинство свьоррьих женщин и детей, порой совсем маленьких, вцепившихся даже после смерти в матерей. Попадались и мужчины, чаще старики со сморщенной облысевшей кожей, иногда — воины, чьи тела были изувечены.

«Всеотец, словно кто-то вырезал целое поселение!» — даже бывалого охотника это зрелище привело в ужас. Он не успевал смахивать мух, роившихся тучей вокруг тел.

Эльгвар опустил голову и уставился на свьорра, судя по одежде, шамана, из чьей груди торчала стрела. Та с неприятным чавкающим звуком вышла из вздувшегося тела. Эльгвар сорвал несколько листьев и вытер наконечник, смахнув потревоженного опарыша.

Ферох не выдержал и бросился прочь от этого проклятого места. Его трясло от увиденного.

«Хватит. Не баба же я, в конце концов!» — мысленно обругал себя он. Его рвало долго, несмотря на пустой желудок. Казалось, внутренности вывернутся наружу.

Охотник отвязал Вэсина и вытер взмокший лоб, после пристально присмотрелся к стреле. Оперение ни о чём не сказало, но наконечник был со странным желобком. Он знал о подобной конструкции. Стрела была устроена так, чтобы помимо ранения можно было отравить противника. В желобке располагался пузырек с ядом.

Эльгвар знал имя оружейника, кому пришла в голову идея создавать ядовитые стрелы, как и то, что тот попал в плен к хаквиндцам.

— Значит, не погиб, — догадался Ферох, — на хаквиндцев работает. — Он сломал древко и бросил его на землю. После передумал и, подобрав то, что осталось от стрелы, решил: — Назгура предупредить надо бы. Иначе…

Что именно могло произойти, Эльгвар предполагать не стал. Было и без того очевидно, что Назгура Голлдара поджидала смерть, скорая либо медленная, мучительная. Эльгвар не хотел даже думать о том, что его друг погибнет. Пусть они никогда не встретятся, но мысль о том, что он мог попытаться предотвратить гибель Голлдара, но не сделал это из-за разногласий, будет преследовать до конца жизни. Ферох был готов к тому, что Назгур не послушает, заупрямится, язвительно ответит. Таковы были все Голлдары. Пусть так, но Эльгвар ценил друга именно за эти черты. За все одиннадцать лет он так и не встретил кого-то похожего на Назгура.

— Проклятье, да что происходит? — Охотника всё ещё мутило. Кого-то иного он оставил бы на произвол судьбы, обозвав глупцом, но Назгура не мог, невзирая на то, что так и не получил от него плату. — А, Вэсин, что? Почему я веду себя, как влюблённый дурак?

Конь тряхнул гривой. Он не мог дать ответ. Нога Эльгвара Фероха замерла в стремени. Он ответил на свой же вопрос, но упорно гнал подобные мысли прочь. Влюбиться в мужчину он не мог.

Поневоле вспомнилась близость. Тело однажды предало его. Точно так мог поступить и разум, впустив в голову туман. Эльгвару больше всего хотелось ещё раз увидеть лицо друга, заглянуть в голубые глаза и просто пожать руку, но при этом достойно отвечать на ехидные замечания.

Он был готов унизиться и вернуться, но знать, что Назгур Голлдар жив, пусть их пути снова разойдутся.

— Скорее, Вэсин! — Эльгвар пришпорил коня. — Иначе не нагоним.

***

Назгур был раздосадован. После полудня путешествия, как выяснилось, отряд шёл по кругу и вернулся к месту, где ранее побывал. Будто кто-то водил воинов, словно слепых котят. Но Голлдар винил собственную недальновидность.

«С Эльгваром этого не случилось бы!» — мелькнула мысль, но искать и уговаривать охотника он не собирался.

— Привал! — распорядился Назгур.

Полуденное солнце светило прямо в лицо. Снова вспомнился Эльгвар Ферох и его замечания о доспехах. Было жарко.

— Герр Голлдар, а ведь мы здесь были, — догадался Эре.

— Были, — согласился тот, стреноживая коня. — Не буду скрывать — мы заблудились.

Раздался недовольный ропот бойцов.

— А что ваш… — Арктар Солей запнулся. — …друг, герр Голлдар? Как посмел вас бросить?

— Он не один из нас, потому и посмел, — ответил Назгур. Он достал из седельной сумки кусок солонины и, пустив лошадь пастись, сел прямо на землю и отпил из фляги.

Ему нравились Кальмаи, чьи недосягаемые для людей вершины зловеще сияли на солнце.

Назгур замер, почувствовав тяжесть на ноге. Серая с красным узором змея ползла по бедру, высовывая раздвоенный язык и ощупывая дорогу. Голлдар не шевелился. Пресмыкающееся, пусть даже ядовитое, не тронет человека, пока тот не представляет угрозы для жизни.

Змея уползла и скрылась между камнями.

— Не к добру! — раздался голос. Назгур обернулся и увидел Арктара Солея. — Это алая майха. Дурной знак, если она появилась.

— Я не верю в приметы! — Назгуру хотелось побыть одному.

— Я тоже не верил! — Арктар сел на землю. — Да и в округе Штурмвера майхи не водятся. Однажды я её увидел. Признаюсь, не мог пошевелиться, стоял и смотрел. — Солей запнулся.

— И что?

— Н-ничего. — Солей вздохнул. — Примета оказалась ложной. Ничего не случилось.

Назгур не мог не заметить, что подчиненный лжёт. Внезапная бледность дала понять, что молодому человеку неприятно вспоминать события того времени.

— Ладно! — Голлдар отвернулся. — Ты зачем пришёл?

— Я заметил тропу. Она ведёт в горы, узкая, но кто-то ведь её проложил. Раз ходим кругами, то почему бы не попробовать пройти по ней?

— Тропу могли проложить свьорры, — возразил Назгур. — А мы можем запросто стать их добычей. Поэтому нет, Арктар, мы туда не пойдём. Эльгвар Ферох, если ты заметил, избегает всяких дорог.

Арктар Солей нахмурился. Охотник покинул отряд, но было ощущение, словно он остался. Назгур то и дело вспоминал его.

— Герр Голлдар, мы пойдем куда быстрее и смелее, если вы выбросите из головы этого дезертира… — Арктар снова запнулся. Уже второй раз за день он оговорился, на этот раз дав понять, что знает тайну Эльгвара Фероха.

Назгур не мог не заметить оговорку. Он приблизился к Солею.

— Так-так, Арктар! — Голлдар усмехнулся. — Сколько раз ты был бит за то, что совал нос не в свое дело? — Ответа не последовало, и он продолжил: — Одно тебя спасает, что ты никогда никому не выдавал тайны. Но не все это понимают, так что берегись, мальчик.

Назгур принялся за трапезу, не обращая никакого внимания на опешившего Арктара.

— Благодарю вас, герр Голлдар, — Солей улыбнулся, — за то, что верите мне. Но… — он огляделся и приблизился к уху Назгура. — Я не знаю, почему так выходит, но я всегда слышу, что не следует. Поверьте, мне самому нелегко.

— Верю. Ступай, — перебил Назгур. — Дай мне подумать.

Солей удалился, а Голлдар задумался. Он не сомневался, что вчерашний разговор был подслушан. Накануне вечером ему не показалось. Арктар прятался на валунах. Назгур прогнал прочь мысли о назойливом Солее и задумался, каким путём лучше идти, чтобы не вернуться на это же место. Он развернул карту и пристально уставился на неё. От клочка бумаги не было никакого прока. Картограф смог составить только приблизительный план местности.

— Эльгвар, сукин ты сын, возвращайся и не дури! — Назгур отпил из фляги после крикнул: — Эре, поди сюда. И чернила принеси!

Эре не посмел ослушаться. Назгур взял перо и отметил место, где находился отряд.

— Что будем делать, герр Голлдар? — Настроение у Эре было отвратительное.

— Двигаться дальше. Мы справимся, Эре, верь только, — успокоил Назгур.

— Верю, н-но… — Эре переступил с ноги на ногу. — Я бы на вашем месте попытался найти Фероха. Ну, удвоил бы награду или еще что-нибудь придумал. Он своё дело знает.

— Он сам так решил, Эре! — Назгур был непреклонен, хотя отчаянно хотел увидеть друга. — Мы справимся, но это займет много времени, куда больше, чем с ним. Впрочем, мы засиделись. Привал окончен. Вели остальным седлать коней.

Назгур удалился, оставив задумчивого Эре одного.

***

Охотник без труда нашёл место ночёвки Ордена. Прохладная горная речушка манила к себе. Хотелось окунуться.

Эльгвар не смог противиться искушению и пошёл к месту, где накануне состоялась неприятная беседа с Назгуром Голлдаром.

Вэсин несколько раз фыркнул, словно учуял неладное.

«Что-то не так!» — догадался Ферох. Кроме валунов, ничего подозрительного не было. Обходить камни не было смысла.

Эльгвар чувствовал на себе чужой взгляд, когда стоял по щиколотку в воде и наполнял бурдюк.

— Всё, Вэсин, пора! — Охотник взял коня под уздцы. — Держимся у воды.

Он пошёл по берегу, по-прежнему чувствуя на себе всё тот же взгляд. Эльгвар то и дело оглядывался, держа лук и стрелу наготове.

Ферох дошёл до скалы. Чувство, будто за ним следят, исчезло, но появилось другое. На камне были отчетливо заметны царапины.

— Свьоррьи когти, — догадался он и провел пальцем по царапинам. — Понятно. Разведчик. Очевидно, молод совсем, иначе такие следы никогда не оставил бы.

Охотник успокоился. От одного свьорра-разведчика проблем не должно было появиться.

«Странно только, что он здесь застрял!» — Эльгвар резко остановился и, развернув Вэсина, пошел назад.

У нагромождения валунов охотник услышал дыхание. Он не ошибся. Свьорр на самом деле следил за ним.

«Что же он ни удрать, ни напасть не пытается?» — задал Эльгвар мысленный вопрос.

— Вэсин!

Послушный конь подошел к хозяину и уткнулся мордой в плечо. Эльгвар влез на него.

— Ближе к валунам, Вэсин! — Эльгвар вцепился за уступ и, крепко держась, встал на спине коня. Тот недовольно заржал. — Потерпи! — Он схватился за край камня, подтянулся и влез на валуны.

 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,002 секунд