Поиск
Обновления

22 апреля 2018 обновлены ориджиналы:

00:04   Ведьмак

19 апреля 2018 обновлены ориджиналы:

21:40   Люстерец

18:42   С точки зрения науки

03:37   Мастер

18 апреля 2018 обновлены ориджиналы:

12:11   Мирный договор

все ориджиналы

Мастер - Будущее  

Флар проснулся от того, что его как следует тряхнуло. Он вспомнил, как, отчаявшись, решил погрузить себя в сон — а на что оставалось надеяться? Абсолютная темнота, абсолютная тишина, доступ к Эмет полностью перекрыт, а руки — скованы за спиной. Все, до чего сумел додуматься Флар — до того, что, скорее всего, его бросили на заднее сиденье автомобиля в человеческом мире, и первый опыт путешествия на колесном транспорте сложно было назвать приятным.

Ждать — вот все, что ему сейчас оставалось. Шансов сбежать не было. Если бы Райст был один, Флар мог бы повернуть артефакт и тогда бы ему самому удалось стать невидимым, неслышимым, неосязаемым. Но с ними был Трейр — и от него Флару было не спрятаться. Первое время Флар пытался использовать свои запасы Эмет — но, кажется, только растрачивал ее впустую, артефакты Райста не желали поддаваться.

«Еще утром, когда Трейр стал Особым и мы собрались вчетвером, я думал, что мы заодно, все четверо. Не глупо ли? Против нас могут объединиться Свет и Тьма — а мы четверо не можем договориться между собой и сами вставляем друг другу палки в колеса. Похоже, бывших Темных не существует. Вы всё такие же Темные, и всё так же не знаете, что иногда можно объединиться и прийти к компромиссу.»

Флар задумался, какое сейчас число. 10 марта или сутки уже сменились? Впрочем, имело ли это значение? Если они сейчас далеко от нулевого меридиана, время здесь другое, чем в Светлограде или Дарк-Сити.

«Год назад я был обычным Светлым — хоть и поглощенным своим горем. Всего год назад — подумать только. Теперь мир вокруг так стремительно меняется… С другой стороны — а меняется ли мир, или же наша трансформация останется каплей, упавшей в мировой океан и изменившей его на бесконечно малую величину? Большинство Светлых сейчас наверняка живут своей привычной жизнью, большинство Темных, впрочем, тоже. И только я лежу обездвиженный, ослепленный и оглушенный на заднем сиденьи машины, едущей в неизвестность. Для меня существует все это — Особые как третья сила, осознание сути Эмет, сути изнанки, сути разделения на Свет и Тьму, я чувствую, что открыл другим путь к выбору, путь к истинной силе — но пройдет ли еще кто-то этим путем, или за моей спиной вскоре вырастут кустарники? Имеет ли смысл то, что происходит со мной одним, с нами четверыми — если никто не узнает об этом, никто не задумается, если вскоре о нас никто не вспомнит и мир изменится на бесконечно малую величину, то есть — останется прежним? Интересно, каково это — в действительности менять мир? Что чувствовали те, кто создали Хассемес, что чувствовали те, кто заключили Договор? Ощущали ли они ответственность, ощущали ли глобальность своих деяний и их последствий?»

Кажется, автомобиль остановился. По звуку резкого, не очень сильного удара одной твердой поверхности о другую, нарушившему глухую тишину, Флар понял, что Трейр соизволил вернуть ему хотя бы слух.

— Слышишь меня, Флар? — это был Трейр, его голос невозможно было спутать с голосом Райста.

— Да, — приятно было ощутить, что вернулась еще и способность говорить.

— Райст вышел, в машине мы с тобой сейчас одни. Я хочу поговорить начистоту.

— Говори.

— Я не знаю, что мне с тобой делать. Я отправился бы по своим делам, но у тебя есть артефакт, позволяющий ускользнуть от Райста. Я не могу тебя недооценивать, как и твое упрямство — поэтому не могу предоставить больше свободы, чем сейчас. Я не заинтересован, чтобы у Теи снова был такой сторонник, как ты. Самым простым решением для меня было бы убить тебя… не пойми меня неправильно, Флар, ты мне вполне симпатичен и я благодарен тебе за мое освобождение — но твоя смерть окончательно развяжет мне руки. Проблема лишь одна — Райст вряд ли простит мне твою смерть. Хотелось бы найти такое решение, при котором мы с Райстом сохраняем хорошие отношения и продолжаем помогать друг другу. Может, ты подскажешь, как мне быть в этой непростой ситуации, Флар?

Трейр говорил об этом настолько спокойно, что у Флара бежали мурашки по коже. «Кажется, теперь я понимаю, что имеют в виду, когда говорят, что безразличие страшнее ненависти.»

— Чего ты боишься, Трейр? Что может произойти, если я окажусь на свободе? Я не смогу выдать ваше местоположение — я не знаю его сам. Я не смогу выдать ваши планы — по той же причине. Навряд ли я когда-нибудь изготовлю артефакт, способный причинить вам вред, даже если задамся такой целью. Я попросту не обладаю силой, которой вы могли бы опасаться. Я просто Светлый Мастер, который волей случая однажды стал Особым и изготовил три безделушки — только и всего.

Флар услышал тихий смех.

— Ты опасен тем, что сам не знаешь своих возможностей. Ты выкручиваешься из безнадежных ситуаций и делаешь то, что не делал никто до тебя, создаешь беспрецедентные случаи. Этим ты и опасен для нас, Флар. Желанный сторонник всегда опасный противник.

— Я могу быть вашим сторонником, — Флар быстро оценивал ситуацию и прикидывал варианты. Гордость отступала на второй план. — Я могу быть полезен вам. Мне все равно некуда сейчас податься — разве что жить совершенно одному в человеческом мире или помогать Тее наладить ситуацию в Дарк-Сити. Не могу сказать, чтобы меня привлекал хоть один из трех возможных вариантов — так почему бы не выбрать вас?

— Я рад, что ты не против сотрудничать, и я не чувствовал в твоих словах лжи. Но как ты можешь дать мне гарантии, Флар? По Гринвичу еще не сменились сутки с тех пор, как твои планы были совершенно другими — мои, впрочем, тоже, и планы Райста. Допустим, Райст снимет с тебя оковы, и вы будете сотрудничать на равных, изготавливая вместе артефакты, пока я отправлюсь по своим делам. Но что, если завтра ситуация изменится снова — и ты передумаешь, бросишь нас, вернешься к Тее и поможешь ей со всем, о чем она тебя попросит?

«По Гринвичу еще не сменились сутки… Значит ли это, что по местному часовому поясу — сменились? Или… зная Трейра и его скрытность, эта фраза не значит ничего. Мы можем быть хоть вблизи Лондона.»

— А что, если ситуация завтра изменится так, что ты сам вернешься к Тее? Не думал об этом?

— Меняются планы, но не цели. Ее цель вступает в конфликт с моей, это ясно и навряд ли изменится. А у тебя, кажется, и вовсе нет цели, Флар.

— Ситуация может измениться так, что ваши цели смогут быть достигнуты одновременно. Но это ваше дело, Трейр, и я не буду совать нос не в свои дела. Есть ли известный тебе способ дать гарантии, которые ты хочешь получить? Клятва?

— Обычная клятва — та самая, которая «Я, Флар, клянусь» — подходит лишь для того, чтобы лучше уличить во лжи. Бессмысленно клясться таким образом о том, что ты сделаешь в будущем, поскольку твои намерения могут измениться. Нужна клятва, которая повлияет на будущий выбор. Клятва, которую ты не сможешь переступить, даже если очень захочешь. Проще говоря, нужен артефакт клятвы, — пока Трейр говорил, Флар невольно задавался вопросом: хотел ли Трейр подвести к этому с самого начала, или все-таки не догадывался изначально, чем кончится этот разговор?

— Пусть Райст изготовит артефакт, если у вас его еще нет. Под угрозой смерти я готов поклясться почти в чем угодно.

Впервые Флар понимал, что в Договоре для него были свои плюсы. Ни один Темный не посмел бы так откровенно угрожать ему расправой, когда за нарушением Договора неминуемо последовало бы наказание от Неприкасаемых. Сейчас все оказалось вдруг так просто — он лежит в машине, совсем беззащитный, где находится Райст — непонятно, и во власти Трейра в любой момент безнаказанно перерезать Флару глотку — так же просто, как похлопать по плечу.

«Если бы я знал, что после смерти встречусь с Лиекой — я не цеплялся бы за жизнь. Но Лиеки больше нет — почти наверняка. Она существует лишь в моей памяти. И если я умру тоже — вскоре даже память о нас исчезнет, будто волной смоет след на песке.»

— Райсту будет тяжело изготовить подобный артефакт. Не то чтобы я понимал, как это работает — но в данном случае это будто бы не его профиль в мастерстве. Так что я вижу только один путь — ты изготовишь артефакт сам, и как можно быстрее. Поклянешься словесно в том, какие свойства вкладываешь. Я буду тщательно следить за каждой формулировкой. Если меня все устроит — я уйду, оставив тебя на Райста, и дальше разберетесь сами.

«Выковать для себя цепи? Хорошую же задачку ты задал мне, Трейр. Может, однажды меня для полного счастья заставят изготовить клинок, который бы как можно лучше рассекал мою плоть — или кувшин, который сможет забирать у меня Эмет?»

— А ты предоставишь мне условия для работы, Трейр?

— Я придумаю, как это организовать. Нам предстоит еще долгий разговор.

— Погоди. Всего один вопрос. Когда вернется Райст?

— А вот это уже не твое дело, Флар.

 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,002 секунд