Поиск
Обновления

03 декабря 2018 обновлены ориджиналы:

17:27   Папенькин сынок

15:05   M. A. D. E.

29 ноября 2018 обновлены ориджиналы:

17:11   За всё надо платить

17:05   Великолепный Гоша

17:01   Генкина любовь

все ориджиналы

Мастер - Неравенство  

— Здравствуй, милая, — Тея ласково улыбнулась вошедшей.

— Тея, — Айси склонила голову. Тея легко приучила Айси называть ее по имени, но во взгляде все еще читалось «госпожа».

— Какие у тебя новости?

Айси лукаво улыбнулась, и Тее сразу стало ясно — хорошие.

— Интернет — коварная штука. Кто бы мог подумать, что Вурий умрет от того, что будет переписываться в анонимном чате? Какая жалость.

Тея улыбнулась Айси так тепло, как только могла. «Минус один. Отлично сработано, моя девочка.»

— Хочешь побыть здесь? Ты, должно быть, устала от человеческого мира — постоянно подвергаешь себя опасности в интернет-кафе…

— О, Тея… — в глазах Айси было неприкрытое обожание. — Это очень кстати.

«Даже хорошо, что ты навряд ли станешь Неприкасаемой, Айси. Неприкасаемые никогда и ни на кого не взглянули бы ТАК…»

Тея достала из ящика стола ноутбук — не так давно пришлось завести гостевой.

— Проходи в комнату и наслаждайся, — подмигнула она. Айси бережно взяла ноутбук и подошла к двери, ожидая, пока Тея откроет. Затем вдруг взглянула обеспокоенно:

— Ты последнее время была так занята… — и прикусила губу, словно бы убоявшись собственной дерзости.

— Случается порой, — Тея склонила голову набок. — Такова уж моя жизнь.

«Я знаю, как тебе хочется моего внимания — но у меня есть и другие зверушки. Хотя ты, без сомнения, одна из лучших.»

Подумав это, Тея усмехнулась собственным мыслям. Кто из сторонников для нее зверушки, а кто — равные? Считает ли она в глубине души за равного Трейра? А Флара?

Тея понимала, что не готова дать себе ответ на этот вопрос. К тому же, были и другие вопросы, куда более важные.

«Эгер… если все получится, я смещу его за этот год. Знать бы, сколько у меня времени. С Коркором гораздо сложнее — если я буду уходить из Дарк-Сити, стоит хотя бы посеять раздор, и со временем конфликт между ним и Церцией даст свои плоды… Плоды, которых я уже не увижу.»

Тее стало тоскливо. Да, если до нее дойдет весть о том, что Коркор перестал быть Неприкасаемым и, как следствие, перестал быть — ей будет приятно, где бы она ни находилась. Но все же — для кого она старается, если вполне добровольно, сохранив за собой право на жизнь, уйдет из Неприкасаемых? Уйдет — и неминуемо кто-то займет ее место?

Тея прекрасно понимала, что править Особыми ей понравится больше, чем Темными. Тее нравилось чувствовать светлую силу наравне с темной, чувствовать себя… цельной? Да, должно быть, именно цельной…

И все-таки Дарк-Сити, каким бы он ни был, — ее город. И Тея уже не первый век знает, как добиваться от этого города исполнения своих скромных желаний — пусть и не сразу, пусть и окольными путями. Неприкасаемые наказывают провинившихся официально, за вполне конкретные проступки, и любят показать всем остальным, что ждет нарушивших главный закон Дарк-Сити — Тея же действует в своих целях куда тоньше, и все-таки ее боятся. Из Хораскаса в свое время выпили основной запас Эмет, связали и оставили болтаться в петле — так, чтобы он боролся до последнего за свою жизнь и не мог ничего кроме этого: ни порвать веревку, ни призвать Эмет, лишь поддерживать жизнь в своем теле — пока энергия не иссякла. Тея помнила, как ходила мимо — он тогда был еще жив… Не было ни тени сочувствия, ни мимолетного порыва помочь. Хораскас десять лет предоставлял ей защиту и покровительство, заставляя платить относительно малую цену — и все же Тее было совсем не жаль, она задумчиво смотрела, как он мучается, зная, что он видит ее и не может ничего выговорить.

«Что бы ты сказал сейчас, Хораскас, если бы знал, кем я стала? Ты бы возненавидел меня, я знаю… Кто бы мог подумать, что тихая покорная девочка, которая была для тебя как молчаливая рабыня, греющая твою постель, добьется чего-то подобного? Кто-то бы и мог подумать — но не ты, Хораскас.»

Эти мысли приходили в голову Тее не первый раз — да что там, не первый век. Тея представила, что сказал бы на это Флар. «Тебе было так досадно, что он не воспринимал тебя всерьез, что ты уже десятый век доказываешь что-то — мертвому?»

«Провались, Флар» — подумала Тея. «Нас всех окружают тени — и меня, и тебя, и Райста. Мы сражаемся в своей голове с теми, кого давно должны были отпустить, мстим им, доказываем им что-то — или же любим.»

Дверь кабинета открылась, и Тея быстро вскинула взгляд. Икфис направлялся к ней широкими, быстрыми шагами — ладно сложенный, высокий юноша, даже после смены внешности все еще похожий лицом на Эгера.

— Госпожа, — этого было не приучить называть имя, и Тея вскоре поняла, что незачем — ему нужна именно госпожа, не иллюзия равенства с Неприкасаемой. Склонившись, Икфис поцеловал ее руку — нежнее, чем следовало бы. «Ты ведь уважаешь своего отца, мальчик — не так, как почитают родителей Светлые, но так, как уважают власть и силу. Ты хочешь быть на него похожим. Какая редкость для Темного — и какая ирония, что именно благодаря мне ты скоро станешь сиротой…»

— Рада снова видеть тебя, Икфис, — Тея лучезарно улыбнулась и впитала крохи светлой энергии — надежда. «Надейся, Икфис. Твои несбыточные мечты обо мне сделают тебя вернее, чем ты стал бы, если бы получил однажды желаемое.» — Какую весть принес?

— Мой друг на спор попытался изнасиловать девушку, что была ему не ровня — и поплатился за это жизнью. Думаю, ее теперь ждет суд…

«Минус два. Ай да Икфис! Да сегодня почти праздник — день приятных новостей.»

— Ну надо же, — произнесла Тея с неподдельным восхищением в голосе. Икфис взглянул на нее, гордый, довольный собой.

«Гордись, мальчик. Тебе есть чем гордиться. Двое — одним ударом. Ты очищаешь этот город. Их всех погубят собственные страсти — всех глупцов, которые не внимали предупреждениям.»

— Госпоже будет угодно??? — незавершенный вопрос был Тее вполне понятен.

— Пока нет. Ты хорошо поработал, Икфис — можешь хорошо отдохнуть.

— Мне важнее быть полезным своей госпоже, чем без толку прозябать в Дарк-Сити.

— Хорошо, — решилась Тея. — Я дам тебе по-настоящему сложное задание. Но оплошности не потерплю — если выдашь себя, не будешь больше служить мне.

Тея вытащила из ящика стола исписанный лист бумаги.

— Здесь имена, и здесь же вопросы, на которые нужно получить ответы. Над именами стоят пометки — думаю, ты поймешь их без моих пояснений. Запомни, что здесь написано, и действуй — в любом порядке.

Икфис взял в руки лист и уже вскоре почти незаметно шевелил губами — запоминал, не иначе. Тея вспомнила, что еще не посмотрела отчеты, которые писали ей за последнее время другие зверушки — а, между тем, за Дарк-Сити нужно было следить едва ли не менее пристально, чем за Неприкасаемыми. Тея всмотрелась в неровные строки, и вдруг тоска захлестнула ее с новой силой — она представила, как кто-то другой приберет ее зверушек к рукам. «Тьма… Неужели нет способа сделать, чтобы Дарк-Сити принял власть Особых? Сделать из всех Темных — Особых, в конце концов. Нет, Трейр прав, мы переоцениваем свои силы. Это выглядит столь же невозможным, как заполучить два тела под контролем одного сознания — так, чтобы одно оставалось в Дарк-Сити, другое правило бы Особыми. Люди для подобных целей заводили наместников — но как я могу доверить власть кому-то кроме себя?»

Дверь открылась снова. «Надо же, как по мне успели соскучиться». Тея подняла взгляд.

— Трейр?

«Надо же, как невовремя. Икфис завидует Трейру — а если бы знал, что Трейр не просто мой верный сторонник среди Неприкасаемых…»

— Ты занята? Я подожду, — Трейр сел на диван и со скучающим видом уткнулся в смартфон.

— Я уже ухожу, — даже не верилось, что голос Икфиса может звучать так холодно и жестко. «Весь в отца. Надеюсь, не повторишь его судьбу. Не становись Неприкасаемым, Икфис — это не приблизит тебя ко мне, скорее наоборот.»

Икфис положил лист бумаги на стол, сдержанно кивнул Тее — она подарила ему на прощание ласковую улыбку — и вышел.

— Я говорил с Церцией — не сказать, чтобы узнал много нового, — сообщил Трейр. — Что у нее сейчас с Коркором, непонятно. Меня она по-прежнему готова поддержать, это видно, ты и Райст ей все еще безразличны. Но все может измениться, если она узнает, что мы больше не Темные.

«Знаю я, как ты говорил с ней. И знаю, почему она готова тебя поддержать. Это длится не первый год, хоть ты и не говоришь об этом прямо. Хорошо, что ее соблазнительность и очарование для тебя ничто в сравнении с возможностью сохранить мое покровительство.»

Тея ничем не выдала свои мысли, лишь задумчиво кивнула.

— Как думаешь, ее саму можно обратить?

— Флар понимает в этом больше, чем я, — с усмешкой произнес Трейр. — Думаю, у него и стоит спрашивать, кого можно, а кого — не стоит и пытаться.

— Послушать Флара, так он не давал бы свой кристалл никому. Кстати… где сейчас кристалл, Трейр?

Трейр сощурился.

— Проклятье, — пробормотал он. — Я забыл про него. Оставил на столе в той комнате.

— Тьма… — Тея метнулась к двери в комнату, щелчком пальцев заперев наружную дверь.

— У тебя…

— Да. Айси.

Айси рыдала взахлеб, навзрыд, скорчившись на полу. В ее руке поблескивал кристалл.

— Может, забрать? — спросил Трейр. Тея покачала головой.

— Если верить Флару, это невозможно. Хотя… я не спрашивала его, что будет, если отрубить кисть. И потом, разве тебе неинтересно, чем это кончится?

— Если она умрет, сойдет с ума или кому-нибудь все разболтает… Конечно, это будет безумно интересно и захватывающе, но я предпочел бы скуку.

Тея пожала плечами, не отрывая глаз от рыдающей Айси, которую то и дело дергало — как от удара током.

— Как думаешь, она знакома с Райстом лично? — спросила Тея.

— Такая юная? Даже не знаю. Он проводил опыты на многих, когда испытывал какой-нибудь очередной артефакт.

— Да уж. Если обо мне в Дарк-Сити ходят слухи, что неугодные мне долго не живут, то он для многих стал Мастером Боли. Из его покоев возвращались — но не такими, как заходили, — задумчиво произнесла Тея.

— Он любит доводить разумных существ до крайних, нехарактерных состояний — а боль является одним из самых простых способов, — пожал плечами Трейр. — Особенно для нас, привыкших держать свои тела под контролем.

— Ох уж этот Райст, — вздохнула Тея. — Давно ли его самого можно было довести до слез, и так, чтобы Эмет одной его ненависти хватило накормить весь Дарк-Сити?

— Давно. Я бы сказал, очень давно. И удавалось это всего одному Темному, насколько я знаю.

— Для вас — да, наверное, давно, а для меня с тех пор не так уж и много изменилось. Я знаю, за что он меня ненавидит — и ведь даже не догадывается, что я помогла ему избавиться от Ливида, вняв твоей просьбе.

— Ты же знаешь, он досадовал, что Ливид умер так просто — и даже не от его руки.

— Но жить Райсту после этого явно стало легче, — усмехнулась Тея. — Без насмешек и подколов, без напоминаний о том, что было — а ведь Ливид умел бить по самому больному. Обидно, должно быть, когда стал Неприкасаемым, а твой враг продолжает смеяться тебе в лицо, и десятилетиями приходится терпеть…

— У меня о нем тоже не самые приятные воспоминания, знаешь ли, — лицо Трейра осталось неизменным, но Тея впитала небольшой темный сгусток. — Хоть я и научился относиться спокойнее, чем Райст. Самые разнообразные унижения и издевки теряли для Ливида смысл, едва он понимал, что жертве все равно. Я не дорожил на тот момент ничем — ни силой, ни гордостью, ни репутацией, ни телом, ни вещами… Поэтому я интересовал его лишь в одном смысле — через меня было проще достать Райста.

— Извини за этот вопрос, но… Райст никогда не пытался причинять тебе какой-нибудь вред?

— Намеренно и осознанно — нет, — помедлив, ответил Трейр.

— Слишком уж светлая она, ваша дружба, — покачала головой Тея. — Он защищал тебя и помогал тебе, и, самое удивительное, он прощает тебе то, что ты видел его слабым. Вы ведь даже не… — Тея осеклась, и все же вопросительно взглянула на Трейра. Обычно Трейр не любил рассказывать про свою молодость, да Тея и не рвалась расспрашивать — но сейчас она не собиралась упускать возможности узнать про Трейра что-то новое.

— Нет, мы даже не были любовниками. Нам просто нужно было обоим выживать в Дарк-Сити. Он помогал мне, чем мог, я помогал ему в меру своих скромных возможностей, в основном — с местью. Да, я видел, как он приходил порой настолько не в себе, что его трясло от гнева — но ведь и он видел, как мне бывало плохо.

Трейр говорил спокойно, почти безразлично, но Тея знала, что о чем-то он никогда не расскажет ей всю правду. О светагродском юноше по имени Теан, появившемся однажды в темном городе. «Тяжело же, должно быть, ему пришлось тогда — после Светлограда столкнуться с темными нравами».

— Меня удивляет не то, что он простил тебе, как ты видел его уязвимым — и уязвленным, — задумчиво произнесла Тея. — Уязвить его тогда могли многие — и множеством способов. Но знаешь, чего он не может простить мне все эти века — и навряд ли однажды сможет?

— Того, что ты властная Темная Неприкасаемая, родившаяся в XI веке, и это кого-то ему напоминает?

— Если бы дело было только в ассоциациях, — Тея вздохнула. — Люция, как ты помнишь, была моей сторонницей, поддерживала меня. Не сказать, чтобы я чувствовала к ней симпатию, но общались мы довольно мило. И вот, я однажды стала свидетелем одной довольно неприглядной сцены — кажется, Райсту тогда было двадцать. Видишь ли, многие тогда могли оскорбить его и унизить, заставить испытать сильные эмоции. Ливид мог довести его до слез, отец мог избить — так, что на регенерацию уходил не один час… но только мать могла наказать.

Эта сцена встала перед Теей как наяву: красивая светловолосая женщина смотрит на Райста — уже тогда он выглядел как сейчас. Он стискивает зубы, зная, что за этим последует. Рывками, рывками течет от нее к нему темная Эмет…

Тея тряхнула головой, словно стряхивая наваждение.

— Ты смотрела на это с улыбкой — как всегда? — поинтересовался Трейр.

— Думаю, да, но точно не помню. Скажи мне, Трейр — ты же был ей порой чуть ли не больше сын, чем Райст, твоя вежливость и видимая покорность пробуждали в ней материнский инстинкт больше, чем все, что когда-либо делал он. Скажи мне, как Райст это стерпел? Зная его нрав…

— Это было непросто, — ответил Трейр. — Не раз приходилось клясться, что мое хорошее отношение к ней — только притворство, что я действительно убил бы ее без колебаний, представься мне такая возможность. Что ж, однажды я представил доказательства правдивости своих слов — и все вопросы отпали сами собой.

Тея взглянула на Айси. Та больше не дергалась, даже спина не вздрагивала, лишь слезы текли из-под смеженных век, а на губах начинала расцветать улыбка. «Должно быть, близится к финалу».

— Унижать слабых, побеждать равных и стремиться однажды отомстить тем, кто сильнее. Так и работает общество, основанное на культе силы. Но знаешь что, Трейр? Чем меньше стремишься быть в этом смысле сильным, тем меньше боишься почувствовать себя слабым, — задумчиво произнесла Тея. — Боязнь уязвимости делает уязвимее, как бы странно это ни звучало. Принятие собственной слабости делает сильнее. Флар очень хорошо это иллюстрирует своим примером — надеюсь, он заставит Райста задуматься.

— Мы покинули сообщество, основанное на культе силы, ради сообщества, основанного на культе власти, — пожал плечами Трейр. — Тут гораздо комфортнее. Это здание — единственное приятное место в Дарк-Сити.

Айси широко распахнула глаза, и Тея вздрогнула. Юная Темная молчала, глядя в потолок, затем медленно поднялась, обводя комнату удивленным взглядом.

— Все в порядке, Айси? — Тея решила задать нейтральный вопрос. Айси вздрогнула, несколько секунд неотрывно смотрела на Тею, перевела взгляд на Трейра, затем положила кристалл на стол, упала на колени и расплакалась с новой силой.

— Я не должна была трогать кристалл, госпожа… Чем мне заслужить ваше прощение?

— Айси, — мягко сказала Тея. — Успокойся, пожалуйста. Взгляни на меня, вот так. И объясни, что произошло.

— Я… я… я не виновата, я не знала, что это артефакт, думала, просто безделушка, — лжет, увидела Тея. Сама Айси тоже заметила темный сгусток своей же лжи и разрыдалась еще сильнее. Все знали, как Тея относится к тем, кто пытается ей лгать.

— Будь умницей, Айси. Расскажи мне все по порядку — все, что произошло. Будь умницей, и все будет хорошо, — вкрадчиво заговорила Тея, впитывая темную энергию страха.

Айси сделала глубокий вдох, затем прерывистый выдох.

— Я хотела лишь повертеть его в руках, — жалобно сказала Айси. — Просто посмотреть. Я никогда не прикасалась к настоящему артефакту. Я не думала, что он сработает лишь от того, что я взяла его в руки…

— Что произошло, когда ты взяла его в руки, Айси? Это важно.

— Я увидела… Я… Я не помню! — в последней фразе просквозило искреннее удивление. — Я только что помнила — это было что-то важное, и…

Казалось, Айси только сейчас осознала, что ее щеки, и подбородок, и шея, и уши, и некоторые пряди непослушных волос, и капюшон толстовки — все мокрое от слез. Прикоснулась рукой, стирая влагу.

— В следующий раз будь осторожнее с артефактами, Айси, — Тея ободряюще улыбнулась. — Я не виню тебя — но помни, что мне лучше говорить правду, притом сразу.

— Прости меня, Тея, — всхлипнула Айси. — Прости… Прости…

Тея открыла перед Айси дверь, приглашая выйти в кабинет.

— Ничего непоправимого не случилось. Ступай, и не забудь привести себя в порядок перед выходом, — Тея щелкнула пальцами, отперев наружную дверь.

Айси потупила взгляд и направилась к выходу. «Я никогда никого не наказываю так, как это делала мать Райста. Наказание может быть только одно — и тебе, Айси, до него еще далеко.»

— Я могу вернуться? Ты не велишь мне уйти насовсем? — помявшись на пороге, спросила Айси.

— Конечно, Айси, я все еще тебе рада, — улыбнулась Тея, впитывая крохи светлой энергии — надежду, благодарность. Такие количества светлой Эмет испускают Темные, не Светлые — к тому же, Айси ничего не заметила, не проследила взглядом, как Тея впитала ее Эмет. Это лишний раз доказывало — трансформации не произошло. Когда за Айси закрылась дверь, Тея взглянула на кристалл.

— Как думаешь, сейчас можно брать его в руки — или все повторится еще раз? — спросила она.

— Это кристалл для погружения в воспоминания, не для превращения в Особых. Не вижу, почему бы ему не сработать на тебе второй раз. Флар может свободно брать его в руки — но у Флара особые отношения с собственными артефактами.

Тея задумчиво кивнула, затем расстегнула нагрудный карман своей рубашки и присела возле стола, быстро и осторожно подтолкнула кристалл кончиком пальца. Это как-то успокаивало — когда кристалл лежал в кармане, казалось, что контроля над ситуацией сразу стало больше.

— Можем ли мы рискнуть, Трейр? — спросила она. — С Айси не случилось ничего страшного — она просто забыла.

— Флар задал тебе правильный вопрос — что ты будешь делать, если тот, кому ты дашь кристалл, умрет? Или, того хуже, натворит глупостей, который навредят нам?

— С каких пор ты цитируешь Флара, Трейр? Я хотела услышать твои собственные мысли, — Тея поймала себя на резкости и поморщилась — обычно она не позволяла себе такого.

— Скорее твои собственные мысли — из моих уст, — невозмутимо поправил ее Трейр. Тея пристально посмотрела на него. «А так ли мне важно сейчас его мнение? Я всегда принимала решения сама, и сама несла ответственность за свои ошибки. Я тщательно обдумаю все и поступлю так, как сочту нужным — и ни Трейр, ни Райст, ни Флар не смогут мне помешать.»

— Твоим устам можно найти и лучшее применение, — два щелчка пальцами, и обе двери закрылись, внешняя и внутренняя. — Иди ко мне, и забудем про кристалл.

 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,003 секунд