Поиск
Обновления

17 сентября 2018 обновлены ориджиналы:

08:29   Фрайкс

08:29   Я не вызывался быть Избранным!

11 сентября 2018 обновлены ориджиналы:

01:59   Фландрийский зверь

09 сентября 2018 обновлены ориджиналы:

10:37   Трудности взаимопонимания. Изинскиан - 5

10:33   Трудности и опасности безделья. Изинскиан - 4

все ориджиналы

Мастер - Дым  

— Еще одну, Флар.

Глаза слезились от дыма, голова раскалывалась и вместе с тем кружилась, Флар задыхался, глотал воздух ртом, кашлял, затягивался и снова кашлял. Дым обволакивал комнату плотной завесой, и мир вокруг казался чем-то нереальным, спрятанным в густом тумане. Время то сжималось, то растягивалось, от запаха дешевых человеческих сигарет мутило, каждая новая затяжка давалась с трудом, и Флар не мог понять, лучше затягиваться понемногу и страдать меньше, но чаще, или же делать редкие крупные затяжки, чтобы после каждой драло горло и приходилось долго оправляться от приступа кашля.

— Затягивайся, Флар. Не выжидай. Затягивайся глубже. В легкие.

Райст мог бы этого и не говорить — то, что втягивать дым нужно в легкие, иначе Райста это не устроит, Флар понял еще на первой сигарете, а сейчас Флар уже потерял им счет.

Наконец, огонек погас сам собой, и Флар порадовался, что докурил до самого фильтра, так, что даже тушить нечего. Он знал, что тушить бы пришлось об себя.

— Ладно, будем считать, что я насмотрелся на курящего светленького. Получишь свой кристалл, когда восстановишься.

Флар не обольщался. Он знал, что Райст может потребовать сделать что-нибудь еще, может попросту не прийти, а может прийти и посмеяться в лицо, заявив, что Флар переживет еще денек без кристалла. Флар достаточно хорошо изучил Райста за последние месяцы, чтобы понимать — радоваться пока рано. Радоваться будет рано до тех самых пор, пока кристалл не ляжет в ладонь Флара. После этого Райст уже отходил в сторону и наблюдал, давая Флару возможность довести погружение до конца.

Едва за Райстом закрылась дверь, Флар рухнул на кровать и закрыл глаза.

Сто тридцать второй день. Может быть, сто тридцать третий, но скорее всего сто тридцать второй. В спальне не было окна, но Райст милостиво позволял Флару время от времени смотреть на человеческий календарь и вести дням счет.

За это время Флару пришлось испытать многое, потому что Райст действительно обладал весьма богатой фантазией и, казалось, неиссякаемым запасом идей. Впрочем, и он время от времени повторялся, но потом, стоило Флару расслабиться, неизменно выдавал что-то новенькое. Райст испытал, похоже, все вещества из своего арсенала и перешел на человеческие. Вот, сегодня — обычные сигареты, относительно безобидные, многие люди их курят вполне добровольно… Впрочем, передозировать можно было практически что угодно, особенно с непривычки.

Когда Флару, чтобы получить кристалл, приходилось самому вводить себе вещества, особенно тот самый «нейрокорректор», Флар чувствовал себя дичью, которая сама себя освежевала, приготовила и сервировала.

Но деваться действительно было некуда.

Со Фларом уже случалось пару раз такое, что ему казалось безнадежной затеей снова и снова подчиняться приказам Райста, несмотря на постоянный риск быть обманутым. В таких случаях Флар начинал игнорировать своего мучителя. Впрочем, ничем хорошим это не заканчивалось. Райст снова действовал грубой силой, избивал, насиловал и подвергал изощренным пыткам, а потом вдруг предлагал кристалл — просто так, невзирая на непослушание. И Флар не мог устоять, а через какое-то время осознавал, что снова выслуживается за кристалл, и вместе с тем отмечал, что при этом обходится малой кровью — Райст насмехался над ним, издевался, но боли и страданий причинял значительно меньше.

Последнее время Флар начал отмечать, что стал спокойнее реагировать на нейрокорректор. Нет, биологическая толерантность не выработалась, и абстрагироваться в привычном ранее смысле Флар все еще не мог. Но… Флар будто бы начал абстрагироваться на другом уровне. То, что раньше было Фларом, по-прежнему страдало или же наслаждалось вместе с телом, испытывало эмоции и даже думало порой довольно безрадостные мысли. Но как будто бы появилось что-то еще. Некий внешний наблюдатель, в любой ситуации сохранявший спокойствие и будто бы знавший некую истину, которую нельзя было вербализовать, а можно было лишь ощутить. Эта… сущность? душа? закрытая ранее область сознания? — чем бы это ни было, ее спокойствие передавалось и самому Флару. Он знал, что некая его часть точно так же спокойно смотрит на его страдания и эмоциональные потрясения, как сам он некогда смотрел спокойно на страдания собственного тела, зная, что это пройдет, кончится, что это зачем-то нужно, для более важных вещей, нежели удовлетворение физической потребности в безопасности и отсутствии боли.

Флар научился еще одной важной вещи. Он научился впитывать собственную светлую энергию. Технически для этого требовалось подождать несколько секунд, чтобы она отплыла подальше от тела, потерять с ней связь — а затем потянуть ее на себя, как некий абстрактный светлый сгусток. С моральной точки зрения, требовалось кое-что еще. Окончательно признать себя сущностью, не имеющей никакого более отношения к Светлограду и потому не обязанной поставлять туда собственную энергию. Смириться с тем, что в Светлограде будет известно — поступлений светлой энергии от Флара за последнее время не зарегистрировано. Смириться с тем, что об этом станет известно родителям.

Флар отметил удивительную вещь — втягивая собственную энергию, он не возвращал потраченное, но приобретал новое. Как будто на испускание светлой энергии при контакте с кристаллом Флар тратил энергию из каких-то иных ресурсов — не тех, которые расходует обычно его тело и даже сознание. Это было странным открытием. Флар всегда считал, что существо, выделяющее энергию, делает это за счет траты своих ресурсов. Неужели все не так и светлая энергия одновременно приобретается извне в момент его соприкосновения с кристаллом, затем уже испускается? Или же внутри него, Флара, есть некий ресурс, энергия из которого не может тратиться на нужды тела даже в критической ситуации, но может тратиться на создание новых сгустков света? Известно ли это Старейшинам и, если да, почему эта информация засекречена — даже от Мастера?

Флар знал, что Райст изучает его, деструктивно, и все же именно изучает, исследует. И Флар однажды понял, что отчасти это ему на руку. Он и сам может лучше изучить себя, своими методами, а вместе с собой — и мир вокруг. Было мало экспериментов, которые Флар мог проводить в закрытой комнате в Дарк-Сити, но Флар максимум свободного времени тратил на умственную деятельность, заставляя работать свой мозг до полного энергетического истощения, и пытался все, что происходило с ним, вспомнить в деталях, затем проанализировать. Лиека занималась анализом информации, и у нее отлично это получалось. Конечно, у нее был под рукой ноутбук, базы данных, за плечами — наработки прошлых лет и опыт… И все же он, Флар, мог попробовать заняться тем же, хотя и горько было, что они столь многому не успели научить друг друга.

Лиека будто бы стала его путеводной звездой. Последним источником света в кромешной ночи, указывающим путь. Звезды не исчезают от того, что их затягивает облаками. Флар знал, что действительно переживет, если Райст сегодня не даст ему кристалл. Он не погрузится в воспоминания, но его любовь к Лиеке от этого ничуть не ослабнет. Тем не менее, эти погружения в свет прошлого высвобождали светлую энергию, которую можно было тайно запасать, чтобы затем использовать на свои нужды, да и Райст был сговорчивее и мягче, когда Флар ему подчинялся.

«Я окончательно принял нашу игру, Темный. Но я буду играть в нее по своим правилам, поставив собственную цель, а ты этого даже не заметишь. И когда в очередной раз сочтешь себя выигравшим, а меня проигравшим, не будешь знать, что на самом деле я выиграл тоже».

 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,003 секунд