Поиск
Обновления

22 июля 2018 обновлены ориджиналы:

17:43   Как же мне везёт

21 июля 2018 обновлены ориджиналы:

09:54   Придурки

02:47   Приручить...

20 июля 2018 обновлены ориджиналы:

21:46   Запах моря

19 июля 2018 обновлены ориджиналы:

07:57   Академия Кастерли

все ориджиналы

Охота на прошлое - Глава 15.Начало конца.  

«Людям только одно удаётся в совершенстве

— разочаровывать друг друга».

Хьюберт Селби

— Я ожидал, что поездка в Москву и контракт с Сони, взбодрят тебя на более долгий срок, а не на пару дней, малыш, — Михаил плавно въехал во двор Кирилла.

Сегодня вечером он вновь пригласил мальчика на свидание. Оно удалось. Все прошло так, как задумывал мужчина, каждый шаг был сделан в нужный момент. Можно, было сказать, что это было идеальное свидание, если бы не одно «но». Кирилл постоянно о чем-то думал, находился за гранью досягаемости, и до него было не достучаться, невозможно дотянуться до того, кто добровольно замуровался в бетонную стену.

— Я в порядке, Миш, говорил же, — наверное, мальчик поморщился, Михаил не мог этого сказать наверняка, потому что видел только черноволосый затылок, Кирилл пристально всматривался в ночь за окном машины.

— Как скажешь, — мужчина вздохнул, признавая, что он бессилен. — Увидимся завтра?

— Я позвоню, хорошо? — Кирилл взвился, осматриваясь по сторонам, неловко коснулся щеки Михаила губами и выпорхнул из машины.

Блондин только цокнул языком и тронул иномарку с места, понимая, что с призраками и тараканами, живущими в черноволосой головке, бороться не имеет смысла.

Мальчик же влетел в подъезд, перескакивая через ступени, вбежал на свой этаж и замер, не в силах больше шевелиться. Сердце стучало, как сумасшедшее, дыхание никак не могло выровняться, губы пересохли. Кирилл нервно облизал их, не в силах оторвать взгляд от серых глаз напротив.

Мужчина поднялся со ступеней, и мальчику пришлось задрать голову, чтобы не прерывать столь необходимый контакт. «Он здесь, вернулся, пришел ко мне» — стучало в голове, а губы сами растянулись в улыбке. Только сейчас Кир осознал, насколько соскучился по этому человеку. Почему? Почему так щемит грудь, почему готов жизнь отдать, чтобы всегда видеть его, иметь возможность прикоснуться, заглянуть в глаза, просто почувствовать тепло, пусть на расстоянии? Важно, чтобы он просто был рядом, чтобы можно было дышать одним воздухом на двоих. Любовь? Такая глупая, первая, наивная, подростковая, всепоглощающая, до фанатизма. Когда это началось?

— Я брошу курить, только не уезжай больше, — прошептал он, утыкаясь лицом в широкую твердую грудь, но опасаясь обнять и прижать к себе ближе.

— Смешной, — ответил Андрей, ероша его волосы.

— Не уезжай, Андрей…

— Это сложно, Кир, — вздохнул мужчина, сам не понимая до конца, что ему дается тяжелее: расставание с этим мальчиком или возвращение к своему прошлому, снос барьеров и клеток, за которыми томилось истинное «Я».

Ревность — чувство, не уступающее в силе любви. Андрей четко осознавал, что не любит Кирилла. Хочет, фанатеет, симпатизирует, но все это не любовь, зато ревность он почувствовал самую настоящую, увидев тогда мальчика с другим мужчиной. Ярость захватила с головой, захотелось отобрать, присвоить себе, сделать так, чтобы этот человечек не отходил от него ни на шаг. Андрею хотелось, чтобы звонкий смеха слышал только он сам, чтобы все улыбки безупречных губ, доставались ему, чтобы взор колдовских зеленых глаз был направлен лишь на него. А еще мужчине было безумно интересно, кто был тот светловолосый мужчина, но спросить не хватало решимости, ведь Кирилл мог придумать то, чего нет.

— Слышишь, я брошу курить, — повторил мальчик и решился прижаться, обхватывая руками талию мужчины.

Ламин ответил, притягивая Кира к себе за плечи. С кем, если не с ним? Только этот мальчишка сумел разрушить преграды, может, все получится. Андрей решился попробовать, не смотря на то, что все еще плавал в океане сомнений, но тот другой мужчина, гнал, не позволяя остановится на мгновение и тщательно все обдумать. И Кирилл… Кирилл так прижимался, так стискивал его тело, словно хотел вплавиться, раствориться в нем.

— Тебе очень нужно домой? — шепотом спросил Андрей.

— Нет, — Кир мотнул головой, не веря своему счастью.

Андрей взял его за руку и повел вниз, они оба знали, куда идут и что произойдет сегодняшней ночью. И если мальчик едва справлялся с собой, чтобы не обрушить лавину восторга на голову будущего любовника, то Андрей все еще сомневался. Правильно ли он поступил, пойдя на поводу у столь низменных и извращенных желаний? Правильно ли то, что посмел поступиться своими принципами, ведь Кир еще слишком молод, даже мал, но… есть доводы разума, а есть желания души и тела. И когда эти двое объединяются с целью кого-то заполучить, то разум не в силах помочь человеку. Максимум, что он может сделать — найти достойное оправдание любому поступку.

Домик, который снимал Андрей по приезду в родной город, встретил тишиной и непривычным запустением. На момент столь поспешного бегства, он уже несколько дней обитал в квартире родителей, поэтому в холодильнике не было еды, а полки и шкафы покрылись приличным слоем пыли.

— Прости, не прибрано, — виновато улыбнулся мужчина, снимая обувь.

— Не думаю, что это сейчас важно, — Кир взял его за руку и потянул в сторону спальни.

Решение Андрея придало смелости, теперь мальчик не боялся отказа, и игры вести было бессмысленно, потому что все кристально ясно. Сейчас они займутся сексом. Горячим и страстным, полным долго томившегося желания. Кирилл был уверен в том, что Андрей хотел его давно, не мог не хотеть, только не решался сделать последний шаг, теперь же он сделан, более нет преград и сомнений.

Ламин включил верхний свет, но быстро погасил его вновь, слишком ярко, вместо этого мужчина оставил только тусклый свет настольной лампы. Он все же хотел видеть тело и лицо молодого любовника, а не шарить губами в темноте.

— Кир, у тебя есть возможность передумать и уйти, — Андрей с трудом произнес эти слова, все было слишком правильно, шаблонно…

— Я не уйду, ты же знаешь. Андрей, у меня есть опыт, — мальчик слова Ламина понял по-своему.

Мужчина хотел было сказать, что не слишком рад этому, но вовремя прикусил язык, побоявшись обидеть. Андрей притянул подростка к себе, медленно провел руками по спине, наслаждаясь юношеским крепким телом, спрятанным под одеждой, наклонился и коснулся губ легким поцелуем. Кирилл затаил дыхание, отдаваясь осторожной ласке. Пусть ему хотелось больше страсти, меньше осторожности и меньше сомнений, которые все еще терзали его мужчину, но он молчал, позволяя вести Андрею, боялся спугнуть. Руки Андрея, наконец, опустились на ягодицы и несильно сжали, а Кир не сумел сдержать стон нетерпения. Он сам обнял мужчину и гладил напряженную спину, больше всего мечтая содрать со столь желанного тела всю одежду. За стон мальчика наградили легким укусом за чувствительное место за ушком. Кир вздохнул и запрокинул голову, подставляясь под поцелуи, которые распалялись и плавили кожу. Ноги дрожали, и стоять, не цепляясь за плечи Андрея, Кирилл уже не мог. Пальцы непроизвольно сжимались, впиваясь в тонкую ткань футболки, под которой отчетливо ощущалась увеличившаяся температура тела мужчины. Андрей подцепил край его кофты и потянул вверх, стягивая через голову.

— Красивый, — Ламин восхищенно выдохнул, лаская взглядом голый торс.

Кирилл улыбнулся и содрал с мужчины его футболку.

— Красивый, — зеркально повторил мальчик и неловко засмеялся.

Так стеснительно он себя чувствовал, пожалуй, только в свой первый раз с Арсением. Сейчас все было по-другому. Это было не так, как на площадке, это было не так, как со случайными любовниками, это было так, как было: волнующе, непредсказуемо, так желанно и томительно, а еще немного страшно. Страшно из-за того, что Кирилл так долго этого ждал и мечтал, и вовсе это не спортивный интерес, а искреннее желание близости с любимым человеком. Мальчик отчетливо это понял только в тот момент, когда Андрей сильно сжал его в руках и упал вместе с ним на кровать, так переполнять грудь огромным воздушным шаром счастья, может только занятие любовью, а не механический секс, к которому привык подросток.

Тяжесть тела Андрея была сейчас безумно желанной, такой правильной и необходимой. Кир ерзал и тихонько поскуливал, безумно хотелось увеличить площадь соприкосновения голой кожи, того, что было, уже не хватало. Ламин продолжал выцеловывать шею, гладить бока и плоский живот, задевал соски, отчего Кира легко потряхивало, а дыхание становилось еще более частым. Сам мальчик шарил руками по безупречному телу любимого, изучал, ласкал, заражал своей страстью, требуя большего каждым движением. Бедра мальчика то и дело поднимались, терлись о пах мужчины, члену было уже мучительно тесно в джинсовой обертке.

— Тише, не торопись, — Андрей отстранился и слегка улыбнулся.

Кирилл только мотнул головой, не в силах справится с жестким возбуждением, не торопиться он просто не мог, возбуждение выжигало все нутро. Звук расстегиваемой молнии штанов заставил Кира замереть в ожидании. Неужели все так близко? Прикосновение к изнывающей от желания плоти, выгнуло тело дугой, а с губ слетел уже более протяжный и развратный стон. Андрей обхватил аккуратный член мальчика ладонью и провел несколько раз, срывая все новые и новые стоны, которые становились громче и несдержанней. Кирилл плавился и тек в его руках, а сам мужчина сходил с ума от вседозволенности и от податливости юного тела, которое пело в его объятиях, как самый чувствительный музыкальный инструмент.

В голове Кира звучали только слова нетерпения, «скорее, хочу, умру от желания», но вслух он мог только стонать и поддаваться под ритм Андрея. Есть вещи, которые не зависят от наших желаний, вот и сейчас, воплощение огненного, дикого желания Кирилла зависело только от Андрея, а тот и не торопился вовсе, наслаждаясь каждой секундой, что Кир сходил с ума в его руках. Мужчина снял с подростка джинсы с нижним бельем и теперь пристально рассматривал творение сестры, спрятанное на внутренней стороне бедра Кира.

— Вика, как всегда вложила душу в эту татуировку, — произнес мужчина, поглаживая указательным пальцем спину кота.

— Нравится? — Кирилл приподнялся на локтях и смотрел на лицо мужчины, разглядывая каждую черточку.

— Безусловно, только какой смысл ты закладывал, выбирая этот рисунок? — Андрей наклонился и поцеловал татуировку.

— Это не моя инициатива, так же, как уши и язык, — хмыкнул мальчик. — Так потребовало начальство.

— Ах, да, ты же модель…, — протянул Андрей и навис над Киром.

— Модель, — кивнул мальчик, млея от осознания, что теперь это правда.

— Понимаю твое начальство, со всем этим ты выглядишь безумно…, — Андрей задумался, теребя пальцами маленький сосочек.

— Порочно? — выстонал Кир.

— О, да, именно это я и хотел сказать.

Короткий диалог замялся в жарком поцелуе, в котором растворились его участники, а их руки вновь начали порхать по обнаженным телам, лаская и исследуя. Теперь Андрей больше не медлил, вероятно, его чаша переполнилась страстью, и та хлынула через края, затапливая подростка. Руки и губы Ламина были везде, ласкали грубо и властно, сжимая и сминая мягкую кожу, наслаждаясь отзывчивостью Кира, который изорался под ним до хрипоты. Андрей быстро двигал рукой по члену мальчика, понимая, что тот на грани и не выдержит дальнейшей ласки. Кирилл подкидывал бедра, развел широко ноги, намекая любовнику, что ему позволено все. Юношеское тело не подвело, и Кир излился себе на живот, впиваясь белоснежными крепкими зубками в плечо Андрея. Мужчина скривился, но не высказал недовольства, обрушивая свое возбуждение на пьяного от страсти Кирила вновь.

Ламин смазал сперму с живота, забирая на пальцы как можно больше белесой жидкости, и поднес их к расслабленному, как и сам мальчик, анусу.

— Терпи, — шепнул он на ушко Киру и ввел в его тело палец.

Кирилл застонал и изогнулся, но не от боли, а от нахлынувшего удовольствия, наконец, он дождался этой ласки. Привыкшее получать все и сразу, тело, уже страдало от ненаполненности одной конкретной дырочки. Еще Кир безумно хотел взять член Андрея в рот, но не позволял себе такой вольности, даже смотрел на налитую, твердую плоть крайне редко, чтобы не искушать свои порочные инстинкты. Сознание четко говорило, что этим он оттолкнет слишком осторожного мужчину. Лучше Кирилл будет удивлять и нежить его постепенно, добавляя в каждый их раз искорку новизны.

Острожные скольжения разогрели и без того большой аппетит подростка.

— Еще! — не удержавшись, взмолился Кирилл, приподнимая бедра и резко насаживаясь на палец.

Андрей повиновался без слов и осторожно просунул второй палец, лаская резче, так, как требовал беснующийся в его руках молодой любовник.

— Кирилл, сбавь обороты, я не железный, — прошипел Андрей, сжимая свободной рукой основание члена, чтобы не кончить только от картины мечущегося Кира.

— Не сдерживайся, — ответил мальчик и закусил нижнюю губу, чтобы не закричать от разочарования, когда пальцы мужчины покинули его тело.

Андрей навис над ним, рыкнул что-то злое, резко поднял ноги, подхватывая под коленями, и одним резким движением вогнал член до основания. Кирилл завыл, соскальзывая с толстой плоти и с силой насаживаясь на нее вновь. Теперь все так, как он хотел: полно, много, резко и быстро, немного больно, но охренительно хорошо. Мужчина сорвался, сошел с ума от дозволенности, от поощрения его силы и грубости и быстро вбивал молодое гибкое тело в кровать, беспорядочно целуя и кусая мальчика. Кирилл не отставал от их общего безумия и плавился под ним, изгибаясь и стеная от удовольствия и чего-то еще, что выкручивало кости и рвало мышцы, наполняя каждую клеточку болезненным удовольствием.

— Нет! — крикнул Кир, когда ладонь Андрея скользнула по его шее, груди и направилась ниже, чтобы обхватить мокрую плоть. — Я кончу без этого, только не останавливайся, — сбивчиво прошептал мальчик, резко двигая бедрами и опускаясь полностью на плоть любовника.

Андрей привстал, упираясь на руки и еще сильнее начал вбиваться в жаркое нутро, пульсирующее и сжимающее его член. Оргазм накрыл любовников одновременно, заставляя судорожно цепляться друг за друга, прижиматься и становиться еще ближе, чем они есть. Удовольствие, поделенное на двоих, но от этого не ставшее меньше, а наоборот, увеличившееся в разы.

— Кир, Кирюш, — Андрей осторожно потряс мальчика за плечо, — солнце мое, тебе стоит сходить в душ, — мужчина ласково улыбнулся и поцеловал это плечико.

— Я не могу, — выдохнул мальчик и плотнее закутался в тонкое одеяло.

— Солнце, я кончил в тебя, стоит помыться, — мужчина попытался размотать кокон.

— М-м-м, — возмущенно промычал Кир и заснул.

Андрей только вздохнул и прижал кокон к себе, чтобы последовать примеру подростка.

Утро наступило неожиданно быстро. Ламин проснулся от звонка своего мобильника, раздающегося откуда-то из коридора. Мужчина подорвался с кровати, достал орущий аппарат, пока тот не разбудил Кирилла и сбросил вызов. Звонил Ваня, друг может и подождать. Ламин совсем отключил телефон и вернулся на кровать. Солнце светило прямиком в окно и сильно нагрело комнату, поэтому Кир спал, сбросив одеяло. Мужчина не удержался и легко куснул сладкую ягодицу, мальчик не проснулся. Андрей лег выше и начал разглядывать любовника. Во сне Кирилл выглядел совсем ребенком. Задумчивость с лица пропала, щечки немного порозовели, а пухлые идеальные губки были приоткрыты.

— Совсем ребенок, — вздохнул Ламин, вновь терзаясь сомнениями в правильности своего поступка.

Мужчина поднялся и отправился на кухню, чтобы заварить чай, другой еды все равно не было.

— Андрей, я ожидал проснуться вместе с тобой в одной кровати, чтобы сделать утро еще более приятным, — мурлыкнул Кир, появляясь на пороге кухни в одних джинсах.

— Доброе утро, — глухо отозвался мужчина и отвернулся, чтобы разлить крепкий бодрящий напиток по чашкам.

— Андрюш, что-то не так? — мальчик подошел сзади, обнял за талию и положил взъерошенную голову на плечо любимого.

Выглядел он вполне спокойно, только сердце предательски замерло, Андрей был слишком напряжен для утра после потрясающей ночи, наполненной такой всепоглощающей страстью.

— Все так, — Ламин стряхнул с себя голову подростка, поставил чашки на стол и сел.

Мысленно мужчина умолял Кирилла не лезть к нему сейчас с расспросами и разборками, ему нужно было время, чтобы все обдумать и подобрать правильные слова для объяснений.

— Зачем ты мне врешь? — Кирилл осторожно опустился напротив и заглянул в серые серьезные глаза. — Я вижу, что ты чем-то недоволен. Тебе не понравилось?

— Понравилось, Кирилл сверни тему, — Андрей сделал глоток чая и решил, что все же ему стоит сходить в магазин, их организмы потеряли слишком много энергии, чтобы восполнить ее чаем.

— Андрей, прошу тебя, — шепнул Кир, едва сдерживаясь, чтобы позорно не разрыдаться и положил ладошку на руку мужчины.

— Кирилл, просто…, — Андрей вцепился в волосы и затравленно посмотрел на подростка, — ты еще такой ребенок…

— Тебя это вчера не остановило, — буркнул мальчик.

— В том-то и дело, что нет! — мужчина вскочил и стал нервно расхаживать по кухне. — Я не должен был приезжать, не должен был поощрять все это, — Андрей махнул рукой в воздухе и вновь опустился на свое место.

— Я люблю тебя, Андрюш, не надо, пожалуйста, не говори так, — Кирилл смотрел в пол под своими ногами и заставлял себя не поддаваться боли, терзающей грудь.

Как это страшно, когда такое счастливое пробуждение оборачивается утром, в котором рушатся мечты и ожидания, а в душе остается только крах. Он многое ждал от Андрея, даже возможное сожаление об этом поступке, но был уверен, что его признание сметет все преграды, а вместо этого получил перекошенное злостью лицо и серые глаза, мечущие молнии напротив. Кирилл вжался в холодную стену и обхватил себя руками.

— Что ты несешь? — тихо спросил Андрей. — Какая любовь? Кир, ты еще маленький.

— Поэтому я не могу тебя любить?! — обиженно поинтересовался мальчик, выгибая черную бровь и встречаясь с мужчиной взглядом.

Обида и боль закипали внутри, переправляясь в ртутную массу жгучей злости. Нельзя играть с чужими чувствами и сомневаться в них нельзя, возможно только неприятие. Но Андрей именно не поверил в его искренность.

— Поэтому для тебя это всего лишь блажь, а я не в том возрасте, чтобы играть в любовь, — ответил Андрей и встал.

— Хорошо, забудь слова про любовь. Чем тебя не устраивает только секс? — сейчас Кирилл был готов говорить, что угодно, только бы его мужчина не исчез вновь.

— Секс с мальчишкой младше меня больше, чем на десять лет?! Кир, одумайся, как ты это себе представляешь?

— Так, как это было ночью, Андрей. По-моему, потрясающе.

Сдерживаться и сохранять маску спокойствия удавалось все труднее, губы уже предательски дрожали, а в горле стоял ком, мешающий протолкнуть слова.

— Черт, возьми, Кирилл, это было ошибкой! Одной огромной ошибкой! Прости меня мальчик, что я повелся, не устоял, но Кир — ты слишком большое искушение! — Андрей уже кричал, а Кирилл мрачнел и ярился с каждым словом мужчины. — Ты не понимаешь, что коверкаешь свою жизнь, свое будущее, ты еще такой маленький, не выворачивай все на изнанку.

— Береги честь смолоду, так что ли? — хмыкнул Кирилл, стискивая грубую ткань джинс в руках.

— Так. Пойми, — Андрей, провел ладонью по его волосам, но у Кира этот жест вызвал глухое раздражение и еще одну волну злости, — что эти отношения испортят твою жизнь. Не делай глупостей, Кирилл.

— Глупость я уже сделал, — мальчик резко поднялся, разговоры Андрея про то, что он еще мал, порядком достали, он решил доказать, что это не так. — У тебя есть компьютер? — спросил Кирилл, доставая диск, который ему презентовал Михаил из сумки.

— Ноутбук, — Андрей вышел следом.

— Где?

— В комнате, — мужчина махнул в сторону.

Кирилл взял диск и прошел к столу, стараясь не смотреть на разворошенную их ночными забавами кровать. Было больно. Обидно. Но больше всего было злости. Бессильной, глухой ярости и желания доказать, что он не маленький мальчик для отношений. Тем более для них.

Кир быстро включил ноутбук, вставил диск и напряженно ждал, пока он загрузится, все это время, чувствуя подавляющее присутствие Андрея за спиной.

— Смотри, — бросил Кирилл, когда на экране просмотра побежали титры и отошел в сторону, уступая мужчине место.

Андрей смотрел на экран около пяти минут. Сначала на его лице было непонимание, которое потом сменилось удивлением, шоком и гадливостью.

— Что это? — дрожащим голосом спросил мужчина.

— Порнуха? — ехидно поинтересовался мальчик.

— Господи, сколько тебе здесь лет?

— Четырнадцать где-то, — хмыкнул Кир, — все еще считаешь меня маленьким?

Андрей стоял и смотрел на него каким-то нечитаемым взглядом.

— Пошел вон, шлюха малолетняя, — хрипло произнес мужчина.

Андрей подхватил Кира под руку чуть выше локтя и выволок того в коридор, вернулся в комнату, где нашел кофту мальчика и швырнул ее ему в лицо.

— Убирайся. Давай, давай, с вещами на выход, — уже уверенно произнес Ламин, обнаружив, что Кирилл не одевается, а только прожигает в нем дыру взглядом зеленых глаз. — И больше не попадайся мне на глаза. К Вике тоже не суйся…

— Андрей…

— Вон, — прошипел мужчина. — Смотреть на тебя противно, тошнит.

— Жалеешь, что трахнул шлюшку? — глумливо спросил Кир, давя горькие слезы и одевая кофту. — Трудно ответить? — спросил Кир, когда Андрей проигнорировал его первый вопрос, но мужчина вновь промолчал, ожидая, пока мальчик покинет его дом. — Презираешь? — не унимался Кирилл.

— И это тоже. Думаю, как я был слеп. Из тебя же блядство прет. Течет с каждой щелки. Смазливая мордочка, голос с ласкающей хрипотцой, мягкие волосы, вся эта ухоженность. Показная сексуальность, понятно теперь почему. Привык выставлять все на показ. Но жизнь это не дешевый порно фильм.

— Они дорогие вообще-то, — фыркнул Кир. — Я стою дорого.

— Меня это не волнует, — рявкнул Андрей.

— Отвезешь? — решил рискнуть Кирилл, он все еще не верил во все эти злые слова, мальчику казалось, что это шутка.

— За секс, может, заплатить? — издевательски спросил мужчина.

— Заплати, — прошипел Кирилл.

— Убирайся! — Андрей уже рычал, сдерживая последние крохи самоконтроля, чтобы не выкинуть Кирилла из дома силой.

— Ты тварь! — крикнул мальчик и сам бросился на Ламина, стремясь причинить, как можно больше боли, но Андрей быстро скрутил его и выставил за порог.

— Пошел вон отсюда, подстилка! Грязная, маленькая дрянь! — заорал Андрей и развернулся, чтобы скрыться в своем доме, спрятаться от всего этого безобразия и не смотреть в потемневшие зеленые глаза.

— Я чистый, — хмыкнул Кирилл, завязывая шнурки на кроссовках. — Хотя, об этом надо было думать раньше, когда трахал меня без презервативов.

— Не дай Бог! — Андрей быстро спустился с крыльца и схватил мальчика за грудки. — Не дай Бог, сученышь, я что-то от тебя подцепил. Найду и убью, блядь! Ясно?

— Вполне, отпусти.

Андрей с усилием разжал сведенные пальцы, и Кирилл смог уйти. Мальчик вышел за калитку, обошел машину, которую хозяин не стал загонять за забор и пошел в противоположную от автобусной остановки сторону. Через несколько десятков метров, около соседского забора, под густыми ветками какого-то дерева, мальчик наткнулся на лавочку. На скамью он упал, потому что сил идти дальше не было. Они просто истаяли, иссякли, испарились под давлением боли и обиды, которые прижимали к земле юное тело. Сейчас, Кирилл мог с уверенностью сказать, что не хочет жить. Мальчик прислонил голову к забору и прикрыл веки, из-под которых побежали блестящие на солнце дорожки слез. Раньше слезы помогали справиться с тугим комком в груди, но не в этот раз. Влага бежала, скатываясь с лица, капая на кофту и пропитывая ткань, но колючий комом жгучей боли в душе не пропадал, он даже не становился меньше. Дышать становилось все труднее, мальчика душили истеричные рыдания, но приходилось сдерживаться, он не мог позволить этого себе сейчас, только тихие слезы.

Не скатиться в истерику, Кириллу позволил знакомый рев мотора, Андрей решил уехать, а мальчик остался. Кир просидел на лавке весь день, не осмеливаясь отлучиться для того, чтобы сходить в магазин купить воды и еды. Хотя, ему и не хотелось ни есть, ни пить. Хотелось сдохнуть, не сходя с этой проклятой лавки. А еще больше хотелось, чтобы Андрей вернулся и забрал его с собой, сказал, что все, что случилось утром, просто мираж, нечто нереальное, то, что никогда не происходило.

— Андрей! — Кирилл сорвался с лавочки, как только мужчина вышел из машины.

— Я, кажется, говорил тебе, чтобы ты не смел попадаться мне на глаза. Говорил или нет? — мужчина замер возле машины, не собираясь проходить в дом.

— Говорил. Я помню. Просто я думал, что ты остынешь, и мы сможем поговорить…

— Ты сам это придумал? Я остыл, но общаться с такой швалью, как ты, не намерен. Нам не о чем говорить, Кирилл. Уходи.

Ждать Андрея было плохой идеей, лучше бы он поехал домой, проревелся и надрался в хлам. А теперь придется унижаться и выслушивать оскорбления вновь.

— Андрей, пожалуйста, можно я тебе объясню? — взмолился мальчик, опять захлебываясь слезами.

— Зачем? — Ламин понимал, что сам виноват. Ему не следовало возвращаться, не следовало приходить к Киру, убирать все препятствия с пути мальчишки, и не стоило позволять себе соблазняться этим лакомым, но потасканным куском разврата.

— Я хочу, чтобы ты меня понял.

— Зачем?

— Я люблю тебя, — проскулил Кир, едва не падая на колени перед этим раздраженным мужчиной. — А ты, ты же можешь просто спать со мной. Ты же хочешь, — Кирилл сам не знал что нес, и зачем, но остановиться сейчас не мог. — Хочешь меня, так бери, я буду с тобой, не буду ничего требовать. Просто…

— Просто предлагаешь пользоваться тобой? — зло усмехнулся Ламин.

— Да, — голос мальчика дрогнул и утонул в первом всхлипе, пробивающейся на волю истерики.

— На тебе и так негде пробы ставить, прости, но мне противно. Уходи, Кирилл. — Андрей сдвинул мальчика в сторону и пошел в сторону дома.

— Андрей! Андрей! Андрей!

Его имя смешивалось со слезами, с воем, полным боли. Мужчина на миг обернулся, чтобы увидеть, как мальчик стоит на коленях и зовет его. Но возвращаться к Киру он не собирался. Возможно, он мог бы сейчас забрать его с улицы, привести к себе домой, выпить, успокоить его и успокоиться самому, выслушать оправдания. Возможно, они оказались бы достойными…

Андрей мог допустить, что простил бы Кирилла, попробовал еще раз, но не будет этого делать. Пусть сейчас больно, но не так, как будет, позже. Потому что прошлое не вытравить, оно будет всплывать, и раз за разом, отравлять им жизнь, пока не разрушит до основания.

Он решился и ошибся. Зря, все было зря, пора вновь забираться в свой панцирь.

Андрей выглянул в окно, надеясь, что Кирилл уехал домой. Но мальчик так и стоял на коленях, смотря слепым взглядом на его дом. Слез не было видно, но только из-за того, что на улице начался сильный ливень и толстые тягучие капли смешивались с соленой влагой, текущей из глаз и не позволяли ее разглядеть. Ламин резко отскочил от окна и задернул шторы. Из магазина он привез то, что поможет забыть весь этот кошмар, прийти в себя, а после уехать, чтобы никогда больше не возвращаться в этот город. Мужчина прошел на кухню, ежась от холодного воздуха, пробирающегося в дом через окно, поставил на стол бутылку водки, рюмку и выложил какую-то закуску. За сегодняшнюю ночь ему предстояло вытравить образ мальчика из своего сознания. Забыть навсегда, словно не было ничего этого.

 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,002 секунд