Поиск
Обновления

22 июля 2018 обновлены ориджиналы:

17:43   Как же мне везёт

21 июля 2018 обновлены ориджиналы:

09:54   Придурки

02:47   Приручить...

20 июля 2018 обновлены ориджиналы:

21:46   Запах моря

19 июля 2018 обновлены ориджиналы:

07:57   Академия Кастерли

все ориджиналы

Охота на прошлое - Глава 4. Шаг в ночь.  

«В жизни ты делаешь выбор и принимаешь решения,

но еще в жизни есть такая штука, как судьба».

Наоми Уоттс

Белые снежинки, крупные и маленькие, ложатся на землю, укрывая ее белым одеялом, пряча грязь. За какие-то пятнадцать минут все вокруг стало девственно-чистым. Природа сама умело скрывает то, чем загрязняют ее люди. Кирилл посмотрел на небо. Черное, непроглядное, только мелькают белоснежные пятнышки, бесшумно опускаясь на теплую кожу, тают на черных ресницах. Мальчик выдохнул облачко мутного пара и подул на руки. Он выскочил из дома, накинув только куртку, и уже изрядно замерз. Худое тело дрожало от хрустящего мороза и от ожидания. Кирилл ждал Арсения. На той самой лавочке, на которой он утер ему слезы разочарования. Воскресным вечером парня не оказалось дома, Кирилл решил не возвращаться к себе, а подождать молодого человека на улице, боялся, что его решимость испарится, растает, как снежинка на ладони. Чтобы принять окончательное решение и сделать роковой шаг, ему понадобилось два месяца. Два месяца метаний, терзаний, непрекращающихся споров с самим собой, сделок с совестью и дьяволом, который заманивал его в ловушку крупными купюрами, сладкими обещаниями и приторными речами. Дьявол победил. Совесть беззастенчиво капитулировала, оставляя жизнь мальчика на растерзание рогатого.

Скоро Новый Год. Светлый, семейный праздник. Ждал ли его Кирилл так же, как еще год назад? Нет. Замирало ли сердце в предвкушении волшебной ночи? Нет. Теперь оно трепыхалось только при мыслях о деньгах. Реальных, хрустящих, пахнущих краской.

— Сень! — крикнул мальчик, увидев, как высокая фигура отошла от припаркованной иномарки и направилась в сторону подъезда.

Кирилл вскочил и нагнал блондина, который дрожал от холода и прятал руки в карманы короткого легкого пальто.

— Привет. Ты чего так легко оделся? — удивился Кирилл, обратив внимание на совсем не зимнюю экипировку Сени.

— В машине не холодно, — простучал зубами тот и потащил мальчика к подъезду.

Оказавшись в квартире, Арсений быстро втолкнул Кирилла в кухню, и через пять минут перед ним уже стояла дымящаяся чашка ароматного цветочного чая. Сам Сеня сел напротив, с удовольствием отхлебывая обжигающий напиток.

— Ты не на чай заглянул, — четко произнес парень, когда отогрелся.

— Нет, — Кирилл выдохнул, вот и пришло время озвучить решение, которое далось ему такой кровью и нервами.

— Полагаю, что ты решил согласиться? — уточнил блондин, делая очередной глоток, — конфет хочешь? — не дожидаясь ответа, он обернулся и достал плетеную вазочку с металлической ручкой, на которой распустились разноцветные цветы, мягкие пастельные цвета лепестков притягивали взгляд, тускло мерцая на искусственном свете.

Надо сказать ему спасибо, Арсений всячески пытался облегчить ответ Кирилла, отвлечь, помочь принять и смириться, но мальчик все равно нервничал и кусал губы.

— Да, — кивнул мальчик.

— Кир, ты не передумаешь?

— Нет, было достаточно времени, чтобы решиться окончательно.

— Пойми одно, — блондин развернул шоколадную конфетку и закинул ее целиком в рот, — скажешь «да» не только мне, и тебе не дадут возможности передумать. Кир, еще раз повторяю, что тебе придется делать все, что ты видел в том ролике. Готов?

— Сколько?

Арсений усмехнулся, глядя в непроницаемое лицо напротив. Мальчик, действительно, принял решение и много думал над ним.

— Пять-десять за раз, все зависит от сценария и от самого процесса.

— Тысяч?

— Да, рублей, не долларов.

— Готов, — выдохнул мальчик, отсекая свое прошлое и делая шаг в новую, другую жизнь, где не место чистому непорочному детству, там, за чертой его ждет грязная, опошленная реальность.

— Освободи тогда вечер пятницы, — Сеня придвинул чистую пепельницу и закурил.

Кирилл только поморщился от едкого дыма, режущего глаза. Чай немного остыл, и теперь можно было сделать глоток, не опасаясь опалить небо и язык. Как люди глотают кипяток, он не понимал. Мальчик пил чай, смотрел на Сеню из-под опущенных ресниц и не мог понять, почему не испытывает никаких эмоций. Нет ни облегчения, ни ужаса от того, на что он подписался, нет ничего. Пустота.

— Кир, мой тебе совет, отбрось все эмоции, — блондин посмотрел прямиком в глаза, словно говорил не с человеком, а с его душой, — стань куклой, входя на площадку, не живи там, не дыши, будь просто куском бездушной пластмассы, который принесет тебе доход.

— Угу, — мальчик кивнул и поднялся, — в пятницу зайду.

— В шесть.

— Хорошо.

Кирилл снова закрыл за собой дверь, но в этот раз не было той слабости. Пустота так никуда и не делась. Видимо, он автоматически последовал совету парня и стал куклой.

Пятница наступает быстро. Предыдущие дни проходят мимо, опадают, словно листки ненужного календаря. И вот оно то утро. Сегодня Кирилл не пошел в школу. Видимых причин прогуливать у него не было, он просто не захотел никуда идти. Мальчик сидел на подоконнике, сдвинув тяжелую штору в сторону. Солнце уже давно встало, новый день в самом разгаре. Сегодня солнечно. Золотые лучи мерцают и переливаются на белоснежном покрове. Жизнь идет своим чередом. Кир поднял руку и провел подушечками пальцев по холодному стеклу, мороз, властвующий за той стороной окна, обжег, заставил отдернуть ладонь и коснуться ей теплого живота, чтобы согреть вновь. Мальчик наклонил голову и уткнулся в окно лбом, пытаясь остудить голову, отросшие прядки темно-шоколадных волос упали на глаза. Кир опустил веки. В груди все так же пусто: ни страха, ни даже радости от того, что в кармане скоро будут деньги.

Ровно в шесть Кирилл стоял перед дверью Арсения. Сердце билось ровно, ладони не вспотели, живот не сводило от страха. Все тщательно и выверено. За час до назначенного срока мальчик принял душ, смывая остатки переживаний, оделся в черные зауженные джинсы и тонкий бежевый свитер. Ткань приятно льнула к телу, отдавая свое тепло. Он не успел нажать на кнопку звонка, как дверь распахнулась, и ему на встречу вышел блондин в уже знакомом черном пальто.

— Снова замерзнешь, — бросил мальчик.

— Не успею. Пошли, — Сеня подхватил его под локоть и потащил на холодную улицу.

Уже стемнело, улицы залил желтый искусственный свет. Арсений шел быстро и тащил Кира за собой, заставляя его быстро переставлять ноги. Вскоре они добрались до парковки, Сеня отпустил руку и поспешил к машине, очищенной от снега, темно-синей, с обтекаемым стильным кузовом. В красотке Кирилл признал авто, сошедшее с японского конвейера.

— Не слабо! — присвистнул мальчик, поскользнулся на небольшом кусочке льда, взмахнул руками, но равновесие удержал.

— Смотри под ноги, теперь тебе важно сохранять товарный вид, — усмехнулся блондин и исчез в темном салоне.

— Это ты так пошутил? — Кирилл опустился на переднее пассажирское сидение и поерзал, кожаная обивка неприятно холодила тело даже через одежду.

— Нет, серьезно, — парень повернул ключ в замке, приборная панель осветила салон.

Ехали они долго, родной город остался далеко позади, впереди только темная, неосвещенная трасса, дорога в неизвестность, разрезаемая только светом фар машины Арсения и тех автомобилей, что изредка встречались на их пути. Кирилл молчал, понимая, что если начнет задавать вопросы, то сохранить хладнокровие не удастся. Сеня сосредоточил внимание на дороге. Вновь пошел снег, он превращал дорогу в размытую ленту. Блондин сбросил скорость.

В итоге их поездка заняла около двух часов. Они оказались в другом подмосковном городе. Он был крупным, но не являлся районным центром, название Кирилл проглядел, увлеченный рассматриванием красивых частных домов, выстроившихся вереницей вдоль шоссе. Парень припарковался возле небольшого деревянного домика, который при ближайшем рассмотрении оказался рестораном национальной кухни.

— Пошли, — тихо сказал Сеня, выбираясь из низкого салона.

Он снова взял Кирилла за руку и повел внутрь. Перед тем, как войти в общий зал, молодым людям пришлось раздеться и оставить верхнюю одежду в гардеробе.

— Подожди здесь, — Сеня усадил мальчика за один из свободных столиков и направился в сторону отделенной зоны для важных клиентов.

Кирилл чувствовал себя отвратительно. Ему казалось, что каждый посетитель смотрит на него, оценивает и, о ужас — знает, зачем он сюда пришел. Словно на лбу огромная табличка, рассказывающая всем о том, что мальчик решился продавать свое тело, чтобы развлекать всякого рода извращенцев. Его уже начало немного потряхивать. Кир сел, скрестил ноги под столом и вцепился пальцами в деревянную лавочку, дыхание контролировалось с трудом, порой он просто забывал сделать вдох, мелодичная песня не успокаивала, а напрягала еще больше. Почувствовать облегчение Кирилл смог только тогда, когда увидел Арсения, идущего в его сторону.

— Эй, куколка! Разве ты сегодня не отработал? — к парню подошел бритоголовый мужик и положил огромную лапищу ему на ягодицы.

— Руки убрал, оторву, — прошипел блондин, вмиг собираясь и меняясь в лице.

— Крысеныш, — фыркнул наглец, но руку убрал.

Арсений опустился напротив Кирилла, смотрящего на него полными ужаса зелеными глазами.

— Не ссы, прорвемся. Подпись: трубы, — произнес блондин и улыбнулся.

Кирилл шутку не оценил и продолжил смотреть на молодого человека круглыми глазами, в которых, наконец, появился страх.

— Кир, — Сеня помахал рукой перед его глазами, тот моргнул и отвел взгляд.

— Девушка, будьте добры сто коньяка, только хорошего, и лимончик.

Заказ исполнили через пару минут, Сеня сразу же сунул тысячную купюру и подал бокал Кириллу.

— Пей.

— Ебанулся? — мальчик изогнул брови в ошеломленном удивлении. — Я потом с места не сойду.

— Сойдешь, я тебе помогу, пей, — блондин подтолкнул стакан, — Сейчас мы пойдем в отдельный кабинет, где тебе придется делать то, что тебе скажут. «Нет» не принимается. Даже не думай перечить. Кир, я не пугаю. Понял?

— Вполне.

Мальчик трясущейся рукой взял бокал, в котором плескалась половина принесенной янтарной жидкости, и опрокинул его в себя. Горло обожгло, на глазах выступили слезы, Кирилл закашлялся, силясь избавиться от неприятных ощущений. Ему казалось, что он проглотил рыбий скелет и теперь тот застрял у него в горле, впиваясь острыми костьми и царапая нутро.

— Открой рот, — приказал Сеня.

Кирилл послушался, и парень сунул ему дольку лимона, кислота не избавила его от дерущего горло чувства, но во рту стало не так гадко.

— Будешь еще?

— Нет, — просипел мальчик, яростно мотая руками и давая себе зарок, что больше крепких алкогольных напитков в рот он не возьмет.

Арсений только усмехнулся, представляя, какие мысли крутятся у мальчика в голове и понимая, что скоро все эти обещания рассыплются серым пеплом. Парень прекрасно знал, что чувствует Кирилл, что думает, как договаривается со своей совестью и как мучается от неизвестности. Он сам прошел этот путь от и до. Помнил, как быстро меняются взгляды на многие вещи, стоит только услышать «Молодцы, мальчики» после первой съемки. Знает, как катятся к чертям все жизненные принципы, а все устои рушатся, словно песочные замки, но рассказывать об этом Кириллу не собирался. У мальчика свой путь, свои повороты, каждый из которых несет только те жизненные моменты, которые уготованы судьбой конкретно Кириллу. Парень резко опрокинул в себя остатки коньяка и поднялся.

— Пошли, нас ждут, — он ухватил мальчика за руку чуть выше локтя и потянул на себя.

Кирилл оказался в своих предположениях прав. Коньяк сильно опьянил непривыкшее к такому крепкому алкоголю сознание, и глаза мальчика заволокло мутной пеленой. Пусть, так проще. Кир покорно последовал за Сеней через весь зал. Тепло, что свернулось в животе после алкоголя, посылало расслабляющие волны по всему телу, туманило мозг, смывало очертания окружающего мира. Мальчик шел за своим провожатым и чувствовал себя наивной буренкой, которую добрый хозяин ведет на бойню. Не удержался и хихикнул, когда воображение услужливо показало ему эту картину. Арсений резко обернулся, окинул его хмурым тяжелым взглядом и приложил палец к губам, призывая к тишине.

Отдельный кабинет не скрывался во тьме, не тонул в полумраке, как общий зал заведения, а был ярко освещен. На мягком диване, обитом коричневой кожей, сидели трое мужчин в деловых костюмах. Представители лихих девяностых годов, невообразимо как сумевших обелить свои незаконные предприятия и теперь носивших гордое звание российских бизнесменов. Круглый стол ломился от разнообразной еды и напитков, вплоть до небольших тостов с черной икрой.

— Это он? — спросил темноволосый мужчина с небольшой залысиной на макушке.

— Да.

— Уйди, — махнул рукой тот, что сидел по его правую руку.

Кирилл тут же почувствовал, что Арсений отпустил его, обернулся, но парня уже и след простыл, мальчик только смог заметить, как закрывается за ним дверь, отрезая возможность убежать. Кир отчетливо ощущал, как действие алкоголя ослабевает, и его тело начинает сотрясать дрожь, вызванная страхом, который, наконец, пробился сквозь пустоту и теперь сковывал каждую клеточку.

— Хорошенький, — высказался третий мужчина и легко поднялся из-за стола.

Он был моложе своих партнеров. На вид лет тридцать, не больше. Высокий, грациозный, изящный, он мягкой кошачьей походкой приблизился к мальчику, обошел вокруг него, потрепал темные волосы и встал перед Кириллом, закрывая мальчику вид на стол и на оставшихся двоих мужчин. Взгляд холодных серых глаз скользил по лицу, оглаживал тело, заставляя его покрыться мурашками. Кирилл дёрнул плечами и сделал робкий шаг назад. Мужчина пугал.

— Стой на месте, — тихо произнес он, когда заметил движения Кирилла.

Мальчик замер, прирос к месту, понимая, что еще один шаг, и может случиться страшное. Что именно, он не предполагал, но то, что ему не понравится, был уверен, поэтому послушался без лишних размышлений.

Мужчина коснулся тонкими пальцами его груди, положил ладонь в то место, где сердце заходилось в бешеном ритме, усмехнулся, провел раскрытой ладонью, от которой шел обжигающий жар, вверх, погладил кожу на шее, очертил пальцем линию подбородка и приподнял лицо мальчика, заставляя заглянуть в его глаза. Вглядывался некоторое время.

— Разденься, — кинул он спустя несколько бесконечно долгих минут.

Кирилл шумно сглотнул и потянулся к краям свитера, чтобы стянуть его через голову.

«Я вещь, кукла, бездушная, бесчувственная кукла, мое тело лишь инструмент», — мальчик мысленно без конца повторял эти слова, снимая вещь за вещью, пока не остался полностью обнаженным.

Кир замер, боясь даже моргнуть, мужчина снова осмотрел его с ног до головы и удовлетворенно хмыкнул.

— Миш, отойди, загораживаешь весь обзор, — послышался недовольный голос одного из его компаньонов, и мужчина плавно перетек за спину мальчика.

Вновь придирчивые взгляды заскользили по телу, казалось, что на него не смотрят, а щупают, тискают и мнут, оставляя грязные следы от пальцев и ладоней на белой коже.

— Повернись, — снова произнес голос, принадлежавший мужчине по имении Миша.

Кирилл повернулся, натыкаясь взглядом на узел его галстука. На основание шеи легла теплая ладонь, взъерошила волосы и с силой надавила, вынуждая нагнуться. Давление исчезло тогда, когда мужчина убедился, что мальчик его понял и дергаться не собирается. У Кирилла перед глазами плясали разноцветные точки, щеки заливал яркий румянец, мальчика едва не тошнило от понимания, что с ним делают и как он выглядит со спины.

Он снова сглотнул вязкую слюну и попытался дышать глубже, чтобы прогнать неприятные ощущения в желудке и подкатывающий к горлу комок.

«Бездушная кукла», — снова повторил мальчик.

Легкие, словно прикосновения летнего ветра, касания, осторожные поглаживания ягодиц. Кирилл стоял, не шевелясь, ровно до тех пор, пока рука мужчины не скользнула в щель между полушариями. Мальчик вздрогнул, почувствовав прикосновения там, где никто посторонний не смел его ранее касаться, и попытался избавиться от постороннего тепла в том самом месте.

— Не дергайся, — процедил сквозь зубы мужчина, а Кирилл получил хлесткий удар раскрытой ладонью по ягодице.

Мальчик заскулил от неожиданности, но послушно замер. Рука мужчины вновь оказалась между половинок попы, погладила, а затем палец надавил на дырочку, пытаясь проникнуть сквозь сжатые мышцы. Кирилл мысленно взвыл и закусил губу, чтобы этот вой не сорвался в действительность. Во рту разлился вкус крови, снова вызывая тошноту, страх скручивал каждую клеточку, не давая возможности дышать и мыслить. Мальчик боялся, и даже напутствия Арсения не спасали его в этот момент. Единственная мысль, которая пробивалась сквозь пелену в сознании: «Бежать, бежать со всех ног, бежать так, чтобы был слышен только свист ветра в ушах».

— Невинное дитя, — гнусно усмехнулся мужчина, и его руки испарились с тела мальчика.

— Это поправимо, — отозвался другой, чем вызвал взрыв хохота.

— Одевайся, — бросили Кириллу.

Мальчик не верил, что пытка закончилась, с трудом разогнулся, поясницу тянуло от напряжения, ноги задеревенели, а окружающий мир плыл перед глазами. Кир быстро оделся и замер, привалившись спиной к стене, чтобы не упасть из-за качающегося пола.

— Сеня говорил тебе о плате? — донесся до мальчика холодный голос, проникая сквозь вату, которой, кажется, были набиты его уши.

— А? Да, — Кирилл кивнул.

— Тебя все устраивает?

— Угу.

— Твой дебют состоится через две недели. Надеюсь, нет необходимости напоминать, что стоит держать себя в форме. Никаких ссадин и синяков ни на теле, ни на лице, никаких экстравагантных изменений во внешности, только если я тебе это прикажу, — на каждую реплику у мальчика хватало сил только кивать в знак согласия. — Сень, — мужчина выглянул за дверь и позвал провожатого Кирилла.

Парень появился спустя короткий миг, на Кира даже не посмотрел, все его внимание было сосредоточено на хозяине.

— За эту конфетку отвечаешь головой, раз ты его привел, то с тебя спрос. Понял?

— Да, — произнес четко Арсений и для убедительности кивнул головой.

— Все указания дам позже, но подготовь его морально. Недели через две, думаю, начнём съёмки, — Миша прошелся по комнате, еще раз скользнул непроницаемым взглядом по мальчику и развернулся к блондину.

— Проколите уши и язык, — внимательный взгляд серых глаз, скользящий по телу. — И можно набить тату, — мужчина подошел к Кириллу, ударил его ногой по кроссовке, заставив немного раздвинуть ноги, — вот здесь, — он тукнул пальцем на внутреннюю сторону бедра с правой стороны, — Рисунок выберешь сам, но хочу, чтобы было что-то пошлое.

— Ему пойдёт образ некого невинного цветочка снаружи и прожженной шлюшки внутри. Как считаешь?

— Пойдет, — Арсений снова кивнул, ему тяжело было обсуждать Кира в таком ключе, ведь искренне он хотел схватить парня в охапку и увезти отсюда как можно дальше, чтобы хоть одна невинная душа не купалась в этой грязи.

— Вот и славно, а теперь свободны, — Миша театрально хлопнул в ладоши и махнул в сторону двери.

Мутная, вязкая тишина окутывала все время, пока иномарка неслась по дороге. Снег кончился, только непроглядная темень ждала их на пути. Как это символично, ведь ночь теперь ждет его не только в дороге, но и в жизни.

— Спокойной ночи, — бросил Кирилл, взлетая вверх по ступенькам.

Шаг в мир тьмы оказался слишком сложным, но выйти обратно теперь не представляется возможным.

 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,003 секунд