Поиск
Обновления

19 ноября 2017 обновлены ориджиналы:

22:05   Мир-доппельгенгер

00:06   Ведьмак

14 ноября 2017 обновлены ориджиналы:

03:17   С точки зрения науки

11 ноября 2017 обновлены ориджиналы:

16:44   Взаперти

01 ноября 2017 обновлены ориджиналы:

12:37   Изнанка

все ориджиналы

Мальчик - Пролог  

или просто вводная часть.

Комментарий автора ориджинала Disappear with the Thunder

Господин кредитор… господин кредитор! — клиент пытался привлечь к себе внимание задумчивого мужчины, который сидел напротив. Следующее он произнес с волнением, которое слышалось в его в подрагивающем голосе: — Я бы хотел узнать, как у вас можно получить кредит.

Услышав слегка дрожащий голос, Ефим вмиг вынырнул из омута собственных мыслей, суть которых сразу же была утеряна, и взглянул с искренним интересом на ложного клиента. Тот был взволнован: его широкий лоб и нос покрылись липким мокрым потом, который мужчина старательно вытирал помятым в кармане платочком; нижняя, чуть оттопыренная губа отчего-то дрожала; а серые, впалые и мутные глазки рассеянно и бегло рассматривали стол, словно что-то выискивая.

— Понимаете… — он вдруг возобновил разговор, не дав кредитору начать свою зазубренную наизусть «балладу», — я… знаете ли, только сегодня решился кредит взять, вот. Семейные обстоятельства, так сказать. Хотя, впрочем, это не так важно! Забудьте! Главное — я совсем не понимаю, что от меня требуется, вернее, понимаю, но детали мне неизвестны.

Рука, вытирающая лоб платочком, начала заметно подрагивать. Кредитор даже было подумал, что у клиента начался нервный тик от перенапряжения.

— Не волнуйтесь. — сухо, но в то же время вкрадчиво сказал Ефим. Он понимал волнение мужчины, но сейчас, если так продолжится, их не совсем законный обмен полетит прямо в тартарары, а этого он допустить никак не мог и потому сам начинал слегка нервничать. — Я все объясню.

Руки тем временем уже копались в портфеле под столом. Пальцы ловко нащупали черный плотный пакет, в котором лежало что-то небольшое, средних размеров, но достаточно тяжелое, что при длительном ношении оттягивает руку. Осталось передать этот предмет беспокойному клиенту и завершить свой бессмысленный и подробный рассказ о преимуществах кредита в их банке, которых, по его мнению, и вовсе не было. Но это издержки его работы, они бывают везде. Его настоящей работы.

— … если в момент оплаты у вас нет требуемых денег, то вам дается отсрочка в тридцать дней, за которые вы будете обязаны отдать нужную сумму. Если вы этого не сделаете, то, в хорошем раскладе, банку придется начислить вам «штрафную сумму». — С окончанием речи Ефим вложил в дрожащие руки клиента тяжелый пакет. У мужчины он даже не удосужился спросить имя, потому что заведомо знал, что тот не станет пользоваться услугами банка, и решил не тратить собственное время на вежливость. Предмет в пакете сразу же исчез в таком же коричневом портфеле, но более зашарпанным и потрепанным, чем у кредитора, точно им пользовались, эдак, лет пять, если не больше.

— Спасибо, господин кредитор. У меня есть время обдумать? Боюсь, мне нужно посоветоваться с семьей, ну… вы сами знаете, верно? — всё еще с нескрываемой тревогой и высокими нотками в голосе говорил человек. — Я вам позвоню.

С последними словами он встал, чуть покачнувшись, что так же выдавало его тревожность, и вышел за дверь, по пути продолжая вытирать собственный пот с короткой шеи. Ефим расслабленно вздохнул. Давно ему не попадались такие проблемные клиенты. Сразу видно, что мужчина недавно в подпольных организациях и совсем не умеет контролировать собственные эмоции.

«И потоотделение, — подумал вдруг Ефим, незаметно для себя улыбаясь. Кажется, тот тоже не вполне владел собственным лицом. Он откинулся на жесткую спинку стула, ожидая следующего клиента. — Все-таки хорошо, что тут камеры не стоят, а то сразу бы все раскрыли».

— Рабочая смена заканчивается через пятнадцать минут! — говорил женский компьютерный голос по вещателю, напрочь лишенный каких-либо эмоций. Уже год вещатель пребывал в неисправном состоянии, и поэтому голос всегда был с каким-то странным механическим «акцентом», из-за чего порой не всегда удавалось различать передаваемые им слова.

Следующую четверть часа Ефим отдыхал, делая вид, что разбирает документацию, оставленную руководством на его столе. Все равно не успеет сделать ничего продуктивного, да и никаких авральных, срочных к выполнению дел не было.

Болела спина, ноги, казалось, онемели от неизменного и сидячего положения на протяжении всего дня, которое он принимал даже во время двадцатиминутного обеда. Иногда кредитор задумывался, а как с этим справляются другие работники, или это он один такой? Вторая мысль была не совсем рациональной, учитывая, что большинство людей в банке работает в таком же режиме и положении, в каком и он сам, если не хуже. Но Ефим знал, что никто не станет жаловаться на свою работу, даже если сляжет в больницу от переутомления. Это невозможно, это — отклонение от нормы. Все любят свою работу, это известно и неоспоримо.

Женский голос снова озвучил объявление со своим раздражающим механическим скрежетом, в этот раз об окончании рабочей смены и просьбе людей покинуть свои рабочие места. Остаются обычно только те, кому поручено специальное задание.

Встав с засиженного стула, Ефим расслабленно потянулся, выпрямившись и прогнувшись струной. Все позвонки громко захрустели в ответ. Вернувшись в естественное положение, он отряхнул свой костюм от пыли и взял полупустой портфель в руки, который значительно поубавился в весе после незаконной передачи.

Он вышел из комнаты.

Осенним сентябрьским вечером было как всегда прохладно: слабый, но северный ветер холодил лицо при быстрой ходьбе и разгонял по улицам опавшие листья, солнце скрывалось за густыми облаками туч, покрывшими все небо в городе и предвещающими не что иное, как дождь, или и того хуже — ливень. Но это не пугало Ефима, он не обращал на такую мелочь никакого внимания но, чтобы не привлечь к себе то же внимание других людей, он шел так же быстро, как идут прохожие без зонтиков, пытаясь успеть домой до начала дождя.

«Работникам организаций нельзя отличаться, даже в пределах нормы», — думал Ефим.

Он уже привык идти этой длинной дорогой до дома, о которой узнал относительно недавно, если точнее — неделю назад, и шел он по ней только из-за одной причины, которая уже мелькала впереди. Ефим замедлил шаг.

Мальчик, как обычно, в это время стоял посреди дороги и раздавал прохожим никому не нужные флаеры с рекламой о недавно открывшемся кафе или баре. Он выглядел совсем необычно на фоне городского населения: парень отличался юношеской активностью, которая свойственна молодому поколению, свой яркостью, и никто бы не поскупился, если бы назвал его с виду светящимся и солнечным. Светло-рыжие волосы словно притягивали лучики солнца и сверкали, обрамляя смугловатого цвета личико, создавая столь яркий эффект свечения.

Хотя смуглое ли у него лицо или просто запачканное, можно было понять только вблизи.

Никто не брал листовки из окоченелых рук озябшего мальчишки, но он улыбался, вернее, натягивал улыбку на лицо, протягивая их прохожим, которые как будто и не видели его вовсе. Такого яркого и сверкающего.

Ефим застыл. Или ему показалось, что он застыл. На самом деле кредитор так же двигался по прямой, но взгляд его как раз завис на фигуре мальчика. Паренек выглядел так бедно и худо, что самому Ефиму стало не то чтобы жалко его, а даже немного скверно от такого потрепанного вида. Странно, что он раньше не замечал этого, но теперь загадка о странном игнорировании людей мальчика была разгадана, и ответ стал чем-то совершенно очевидным и понятным. Было совершенно ясно: паренек из нищих районов. Кредитор неосознанно это понимал, где-то на периферии сознания, но почему-то раньше не концентрировал на этом внимание.

На секунду Ефим замешкался, принимая у молодого человека из рук листовку, будто раздумывал, «а стоит ли?», но потом пошел дальше таким же темпом, отгоняя мысль повернуться и в последний раз посмотреть на удаляющийся силуэт мальчика.

Флаер показался ему каким-то помятым, в отличие от других, скопившихся в карманах, мусор из которых он периодически забывал выбрасывать. И перед тем как скомкать листочек в привычном жесте, кредитор почему-то взглянул на него, пробегая взглядом по словам в объявлении. В глазах читалось нескрываемое удивление.

Вытряхнув в ближайшую урну залежавшийся во всех карманах мусор, он сохранил один единственный флаер и продолжил свой путь домой, уже чуть спеша и отчего-то волнуясь.

 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,003 секунд