Поиск
Обновления

23 сентября 2018 обновлены ориджиналы:

09:28   Фрайкс 

19 сентября 2018 обновлены ориджиналы:

20:24   Маленькое счастье 

17 сентября 2018 обновлены ориджиналы:

08:29   Я не вызывался быть Избранным! 

11 сентября 2018 обновлены ориджиналы:

01:59   Фландрийский зверь 

09 сентября 2018 обновлены ориджиналы:

10:37   Трудности взаимопонимания. Изинскиан - 5 

все ориджиналы

Вдыхая и выдыхая - Миттельшпиль часть 15  

А дальше пойдут эндшпили, с чем я вас и поздравляю х)

Комментарий автора ориджинала Riina-de-Narria

Первые два дня после встречи с Юлой и Алем были тщательно задвинуты в самый дальний угол сознания. Все это время Кель выводил из стазиса орков, и уже после пятого подряд извлечения был ни на что не способен. Каждый орк, которого он вернул к жизни — это его должник. Гарантия того, что его не позволят пустить в расход. Эльф знал: отношение к нему изменилось — его не обзывали, не рассматривали настороженно, но при этом замечали. Замечали. Анализировали. Думали. Молчали. Правда, эта тишина вокруг эльфа уже не была напряженной.

Юноша склонился над очередным пациентом — тот уже был доведен до состояния, когда можно возвращать. Кель вздохнул и собрался, чтобы коснуться чужой жизни, когда коснулись его самого. Эльф вздрогнул и с разворота, не глядя, попытался ударить нежданного гостя. Нежданный гость оказался Артусом. Орк аккуратно перехватил тонкую руку.

— Пойдем, а то скоро прозрачным станешь от усталости, — орк, не отпуская его руки, потянул эльфа за собой.

— Куда мы? — юноша позволил себя увести, он так устал из-за сумасшедших событий недавнего времени…

Кель вспомнил, как однажды ему было спокойно рядом с Артусом во время первого осмотра раненых, и поспешил вслушаться в орка. Снова ветер, тепло и уют. Эльф закрыл глаза и позволил своему телу следовать за проводником без участия разума.

Из дремы на ходу Келя вырвала остановка. Юноша открыл глаза и узрел — иначе и не скажешь, узрел перед собой ворота из двух бронзовых створок с изящным узором по всей поверхности. Узор состоял из изображений божеств, упоминающихся в легендах разных народов. Вот Аюста застыла в полуформе девы-птицы, рядом — стоит Карлей, обнажив меч, словно закрывая собой оборачивающуюся девушку. Кель моргнул. Вот на рисунке фейров Фамус кружит в танце троллиную Патану, еще взмах ресницами — и герои рисунка вновь сменились. Движение ресниц — и все новые и новые боги возникали на створках. Кель повернул к воину изумленное лицо, а тот стоял и улыбался впечатлению, произведенному на спутника.

— Что это? — эльф, подобно недавнему изображению его богини, взмахнул руками, словно желая обнять весь мир.

— Ворота в Университет. Они считаются достопримечательностью, хотя наши редко сюда подходят. Уж больно репутация у места паршивая, — орк медленно положил руку на плечо Келя. — Хочешь войти внутрь?

Юноша тут же отвернулся и толкнул створку, та легко поддалась, допуская мужчин до старинных тайн. Целитель шагнул вперед, воин пошел следом. Они попали на просторный, выложенный камнем двор, в середине которого виднелись развалины, все еще пытавшиеся быть фонтаном — в основном, за счет воды, которая тоненькими ручейками разбегалась по двору. Оба двинулись к нему.

Чаша фонтана была полностью разрушена, зато центральная фигура сохранилась почти неплохо. Она представляла собой раскрытую книгу. Одна из страниц была исписана символами, из которых текла вода, а на второй, чистой, словно лежало изогнутое перо для письма. Подобно письменам, перо было выбито в камне и наполнялось водой.

Кель подошел ближе, стремясь прочесть знаки, но из-за воды изображение искажалось и было сложно что-либо разобрать.

— Когда заложили последний камень Университета, — голос Артуса звучал хрипло, и говорил орк торопливо, — Боги спустились сюда и воздвигли фонтан. Они сказали, что это — памятник, памятник существу из прежнего мира. Оно вроде бы создавало и хранило гармонию, было вечно живым и вечно мертвым, мудрым и одиноким. Его звали, — орк старательно наморщил лоб, — Ороброс вроде, как-то так. Он помог богам создать мир заново и стать богами.

— Уроборос. Его звали Уроборос, — повторил эльф. — Это памятник, но ведь не просто памятник?

— Конечно, нет, — фыркнул орк. — На одной его странице написано то, что было и есть, а на второй можно записать то, что есть, и то, что хочешь. В легендах часто говорится, что приходили разумные, брали водяное перо в руки и писали будущее… Я помню некоторых наших, которые приходили сюда, чтобы написать что-то, но… Кроме героев давних легенд никто не смог взять его в руки. За последние годы многие бывали здесь, а потом Университету это надоело.

— Надоело? — эльф удивленно оглядел собеседника.

— Ага. Место это, мягко говоря, своенравное: оно не всех стало пускать к книге, а дальше нее уже и подавно никто не заходил. Иногда придет кто, толкнет ворота, а они ни на волос не двинуться с места. А перед другим сами откроются. И никогда нельзя войти за человеком в створки, если за его спиной они закрыты. Отсюда всегда возвращаются. Правда, не всегда в своем уме.

— А мы пойдем дальше? — вопрос вырвался у Келя сам собой, он уже некоторое время пытался услышать это место и не мог.

Это пугало, волновало, интриговало. Так не должно было быть. Любое место — живое, да даже мертвое звучало бы, а здесь было … словно… словно здесь ничего не было. Кель путался в своих ощущениях, но ему было важно это разгадать.

— Если ты хочешь, идем дальше, — пожал плечами орк. — Все равно Университет нас не пустит дальше того, куда захочет.

Это тоже было странно: воин словно не сомневался, что развалины живые.

— Тогда что же мы стоим? — эльф уверенно зашагал к видневшемуся вдалеке зданию.

***

Шли они долго — солнце сделало несколько оборотов вокруг земли. Здание Университета приблизилось не намного, а вот фонтан отдалился значительно. Усталости не было, ни истинной, ни ложной, и это пугало. Кель остановился, покрутил головой и сел туда, где секунду назад стоял, Артус последовал его примеру. Некоторое время они сидели рядом молча, потом эльф развернулся к спутнику.

— Побудешь подушкой? — воин кивнул. — Сон разрешает любые загадки.

Воин вновь кивнул и послушно улегся на спину, эльф пристроил рыжую макушку на его животе и закрыл глаза. В сон они ушли, как опытные пловцы в воду, без плеска.

***

Открывая глаза, Кель был готов ко всему. Совершенно ко всему. Не услыша ни мира вокруг, ни даже Артуса, Кель не испугался. И, разумеется, увиденое им не показалось особенно уж удивительным, хотя бы потому, что нельзя в мире, которого нет, проснуться в месте, в котором заснул. Место, которое ему виделось иногда, и в котором он единожды побывал. Как и в последний раз, рассыпаны фигуры, как много раз прежде — двое за столом, увлеченные игрой, только теперь он слышал их.

Эльф прикрыл глаза, отгоняя видение. Пещера, непослушные световые блики, шахматная доска, мусором на полу статуэтки, шум спора. Открыл глаза — картина практически не поменялась, только теперь край зеленого плаща обнюхивал суслик. Кель мысленно попросил богиню о терпении. Все стало понятно. Точнее, не было понятно ничего, но всё и ничего — суть есть одно и тоже. Юноша обругал себя страшными словами — пора было что-то делать, а не тратить время на раздумья и спрашивать. Он поднялся и подошел к доске.

— Душенька, это немыслимо! — обладатель песчаного плаща размахивал руками. — Разве можно выделавать такие кренделя, играя за черных?!

— Не бузи, старый мошенник, нас раскрыли! — названная Душенькой откинула капюшон и повернулась к гостю. — Рада видеть тебя, Кель.

Юноша невозмутимо извлек из небытия стул и уселся на него. Вопросов было очень много.

***

Артус уже час продвигался по лабиринту. Не совсем лабиринту, но эту вереницу незнакомых комнат и коридоров иначе назвать было нельзя. Задаваться вопросом, как он попал в незнакомое, лишенное обстановки помещение смысла не было. Переживать о том, что заполошного эльфа нет рядом, тоже было бесполезно. Можно было вновь уснуть, чтобы оказаться в ином помещении Университета или еще где-то, так же было нежелательно. Учитывая все, что Артус знал про Университет, и все что мог домыслить, лучшее что можно было сделать — просто двигаться вперед. Одни коридоры сменяли другие, эти другие вели в залы, за залами были еще коридоры, и комнаты, и снова залы. Все они были одинаковы в своей серости и безликости. Воин давно утратил ощущение времени и пространства, ему казалось, что он топчется на одном месте, а пресыщенное воображение пытается его убедить в том, что он идет. Все это было неправильно, болезненно, странно, оно пугало. И тогда воин решился на небольшой эксперимент. Словно эльф был рядом и предлагал очередную идею неясного происхождения. Обладателю рыжих кудрей орк верил, потому что этот самый обладатель ни разу не соврал и не поступил подло.

Артус закрыл глаза, вытянул руки вперед и так зашагал. Шаг, три шага, десять, пятьдесят. Руки уперлись в деревянную преграду. Орк, не веря глазам, попытался нащупать её край и нашел! Уже смелее повел вдоль него руками. В правую ладонь послушно толкнулась металлическая ручка. Все еще не открывая глаз, мужчина повернул её, наваливаясь всем телом, делая шаг, и только потом открыл глаза. Ушастый постреленок снова оказался прав. Артус довольно улыбнулся: новое место на лабиринт похоже не было.

***

Элли была в ярости. Её посмели посадить под домашний арест! «Любимый» муж был рядом, когда она пришла в себя, и заботливо сообщил, что в силу испытываемого супругой недомогания, она не может покидать своих покоев до выздоровления (можно считать, до его особого распоряжения). И её не выпускали.

Королева не могла позволить себе показать слугам свое бешенство. Ей хотелось биться раненой птицей о прутья своей клетки, но это была бы слабость. Непозволительная слабость.

Именно поэтому Элли сидела и заставляла себя думать. Думать получалось сложно. Её мучила неизвестность и желание как можно скорее увидеться с сыном. А ведь столько вещей еще требовалось сделать!

Женщина попыталась отвлечься на время от мыслей о сыне, но ей не удалось. А потом вдруг вспомнился её наставник, любивший повторять: «Когда целей много, но одна желанней других — это знак, она легче всего исполнима».

Старый ворчун вновь был прав, королева сорвалась с места, дабы, путаясь в юбках, залезть под кровать. Жизнь начала налаживаться.

 

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Маленькая М     20 июля 2013 09:45   20 июля 2013 16:57

Когда жизнь налаживается под кроватью — это круто))

Спасибо!

Riina-de-Narria     20 июля 2013 13:57   20 июля 2013 16:57

:-o

Страница сгенерирована за 0,002 секунд