Поиск
Обновления

13 октября 2017 обновлены ориджиналы:

13:02   Осенние каникулы мистера Куинна

29 сентября 2017 обновлены ориджиналы:

21:41   Лис

18:17   M. A. D. E.

28 сентября 2017 обновлены ориджиналы:

12:32   Новый мир. История одной любви

22 сентября 2017 обновлены ориджиналы:

16:42   Занимательная геометрия

все ориджиналы

Сказки Мерихор - Аристократ  

Жанры:
Дарк, Мистика, Сказка, Songfic, Драма
Предупреждения:
Насилие, Смена пола (gender switch)
Герои:
Правитель
Место:
Другой мир
Значимые события:
Happy End, Месть
Автор:
Plasticine_doll
Размер:
планируется миди, написано 18 страниц, 1 часть
Статус:
в процессе написания
Рейтинг:
R
Обновлен:
01.02.2013 17:22
Описание

Все сказки немного бредовые, но на то они и сказки. Есть светлые и добрые, в которые хочется верить, особенно в детстве, а есть мрачные, больше похожие на страшилки, от которых мурашки бегут по коже.

К последним лично я отношу оригинальные сказки Братьев Гримм. Меня захватывает их атмосфера и, как не странно, вдохновляет. Выставляю на ваш суд свою первую сказку.

Публикация на других ресурсах

с разрешения и с ссылкой

Комментарий автора

Как я упомянула выше, сказки я пишу впервые. Первые идеи для них у меня появились еще в детском саду и я неоднократно начинала их описывать, но всякий раз не доводила до конца. Кроме, пожалуй, этого раза) На «Аристократа» меня вдохновила песня Короля и Шута — Маска. Жду критики и заранее благодарю всех, кто оставит комментарии)))

Главы публикуются в среднем каждые 1724 дня, 5 часов, 32 минуты

Объем работы 32 980 символов, т.е. 18 машинописных страниц

Средний размер главы 32 980 символов, т.е. 18 машинописных страниц

Дата выхода последней главы: 01.02.2013 17:22

Пользователи: 1 не читали, 1 читаете, 1 хотите почитать

 

Жила в одной стране могущественная семья Морис, которую все уважали и почитали. Стояла она во главе страны, правила множество поколений и имела у себя в подчинении много уважаемых людей. Были у этой семьи несколько старых традиций: называть детей именами рек, отдавать дань древним богам и выбирать в каждом новом поколении хранителя темной реликвии. И на свою беду никто из членов правящей семьи даже не подозревал, что у них появились недруги, желающие занять их место во главе страны.

Одна из влиятельных семей — Дорна — жутко ненавидела успешных и всеми любимых правителей и желала возвыситься, унизив их. Долгие годы ее шпионы искали способ расправиться с Морисами. И, наблюдая за правителями, нашли его. Они заметили, что каждый год в тихую осеннюю ночь глава семьи спускает на реку десять тысяч синих роз, что обычно украшают их поместье, и как только тонет последняя роза, сады поместья вновь процветают. Заметили они и то, что когда приходит пора родиться наследникам, правящая пара выпускает в небо две сотни белых голубей, несущих в клювах по одному тыквенному зернышку. И заметили они, что один из подросших наследников на свое десятилетие выходит в полночь во двор, режет кинжалом левую ладонь и разбрызгивает кровь по земле.

Как только эти сведения достигли ушей главы семьи Дорна, он посоветовался со жрецами новой веры, ибо кому, как не новому, свергать старое. Те сразу распознали в действиях Морисов ритуалы староверия, поддерживающие могущество их семьи, о чем не повременили ему сообщить. И у него созрел план. Он приказал своим подчиненным ежегодно в осеннюю ночь вылавливать из реки по тысяче синих роз; в день рождения наследников отстреливать сотню голубей и собирать тыквенные семена, что выпадут из их клювов; и в ночь, когда десятилетний наследник выйдет во двор, выкопать всю землю, пропитанную кровью, и сжечь ее.

Подчиненные Дорны дождались, когда глава Морисов выйдет к реке и спустит на воду розы, и выловили, как и было указано, тысячу. На следующий день сады поместья расцвели не так пышно, как раньше, и на следующий год еле набралось десять тысяч синих роз. С каждым годом их становилось все меньше. Когда же родились наследники, и правящая пара выпустила в небо голубей, подчиненные Дорны начали отстреливать птиц из луков, пока сотня не упала на землю, выронив тыквенные семена из клювов. В ту же ночь один из двух наследников погиб. Когда же выживший наследник на свое десятилетие вышел в полночь во двор, порезал ладонь и разбрызгал кровь по земле, подчиненные Дорны собрали окровавленные горстки и бросили их в жаркий костер. И в эту же ночь семья Морис была атакована народом, который еще днем подчинялся ее воле. Все, кто находился в поместье, были убиты и сожжены на главной площади. Никто не заметил в этой суматохе маленькую лодочку, резво поплывшую вниз по течению, унося троих беглецов.

Глава Дорны, смотря на пожарище и скрывая ликование, вышел на центральную улицу и провозгласил:

— Мои дорогие друзья! Всеми нами любимая династия, которой мы доверяли правление, оказалась послушницей тьмы! Все вы почувствовали зло, что разошлось по городу от поместья. Я, как верный служитель новой веры, обещаю, что не предам вас, если вы доверитесь мне, и обещаю, что отныне ни одно зло не останется безнаказанным!

Слушающая его толпа взревела, словно дикие звери, признавая его, как нового правителя.

И началось правление семьи Дорна. Лишь со стороны было заметно, что люди в это время стали грубее по отношению друг к другу, сами того не замечая. Ухудшился урожай, похерела скотина, зато Дорна процветала как никогда.

Через пятнадцать лет к городскому причалу подошел огромный корабль с синими парусами, и на причал вышел статный молодой человек в маске, скрывающей верхнюю половину лица, и тонких перчатках на изящных руках. Его длинные черные волосы были заплетены в тугую косу. Старик в строгом костюме вывел для него вороного коня, а следом вышли четверо молодых людей, так же скрывающих лица под масками. Прибывшие в один миг привлеки к себе всеобщее внимание и не успели еще пройти по улицам города, как новость о них разнеслась по всей округе. Люди не скрывали своего восхищения:

— Он, наверное, какой-нибудь принц! — ворковали старушки.

— А это его слуги?! — подхватывали старики.

— Аристократ! Аристократ! — кричала ребятня.

— Он прекрасен! — вздыхали барышни.

— Аристократ в маске! — единогласно твердили все.

Гомон на улице привлек внимание главы Дорны, и он поспешил подойти к окну. За пятнадцать лет он заметно располнел и от быстрых передвижений начал запыхаться.

Тем временем процессия из пяти всадников во главе с аристократом в маске приблизилась к поместью Дорны и остановилась подле него. Нынешний правитель стиснул зубы от раздражения и направился к двери — статный юнец ему не понравился с первого взгляда, но необходимо было соблюсти приличия и встретить гостей страны.

— Как зоветесь, уважаемые гости? — выйдя во двор в сопровождении своих подчиненных, спросил правитель.

Аристократ в маске улыбнулся — и эта улыбка показалась главе Дорны нахальной — и сказал:

— Приветствую досточтимого правителя! Мы всего лишь артисты, посещаем разные страны и города и показываем представления. Если вы не будете против, мы разобьем купол на центральной площади и уже завтра порадуем народ своими выступлениями. И вы, конечно же, будете приглашены за даром, — юнец поклонился, приложив свою изящную ладонь к груди.

«Не нравится он мне, — подумал правитель, скрипя зубами, — но люди явно ему симпатизируют. Черт с ним! Пусть остается, только вот слежку к нему приставлю»

— Конечно, — выдавил он неохотно, — Площадь в вашем распоряжении. И позвольте за вами поухаживать, как полагается хозяину дома.

Аристократ удивленно выгнул бровь, а правитель подозвал к себе молодого высокого парня с кудрявыми медными волосами, который тоже являлся его подчиненным и одним из шпионов, прошептал ему на ухо указание и представил его гостю:

— Это Арчель. Можете спрашивать у него, что угодно, и как угодно им распоряжаться. Он поможет вам во всем.

Аристократ зорко рассмотрел парня и, улыбнувшись, протянул ему руку:

— Приятно познакомиться, Арчель. Зови меня Дунай.

Толпа, собравшаяся рядом, дружно ахнула, а правитель чуть ли не кипел от злости. «Имена рек… Ох, не просто так он мне не понравился! Он Морис! Но как?!! Мы сожгли всех пятнадцать лет назад!»

— Арчель, не проводишь ли нас в гостиницу? Мы все ужасно утомились в дороге, — сказал аристократ, будто не заметив реакции правителя на свое имя.

— Конечно, господин, — ответил парень и, оседлав своего коня, повел артистов к лучшей гостинице в городе.

Под гул толпы процессия удалилась, и правитель, шипя и фыркая от ярости, велел своим подчиненным:

— Глаз с него не спускайте! — и скрылся в доме, хлопнув дверью.

Артисты добрались до гостиницы, где к ним присоединились и другие пассажиры корабля, и аристократ обратился к Арчелю:

— Ты можешь понадобиться в любую минуту, поэтому я выделю тебе отдельный номер недалеко от своего, — после чего расплатился с управляющим и направился в комнату.

Парень не стал спорить, послушно последовал за ним и занял номер, на который указал аристократ. Впрочем, долго сидеть он там не собирался, ведь правитель ясно велел ему следить за аристократом все время.

За весь вечер Дунай ни разу не вышел из своей комнаты, и Арчель, прислушавшись, и не услышав ничего, кроме едва различимого звука дыхания, решил, что артист спит. Тогда парень решил выйти на улицу и часок последить за окнами. Занавески во всех номерах, где расположились артисты, были задвинуты, и ничего, кроме смутных силуэтов, разглядеть не удалось.

— Добрый вечер, юный господин, — услышал Арчель приятный женский голос и повернул голову на звук.

Рядом с ним стояла необыкновенная особа с прекрасным лицом, длинными светло-зелеными волосами и совершенно невероятными желтыми глазами. По ее виску и над бровью расползлась тонкая вязь старинного знака, и одета незнакомка была, как мужчина — в черные узкие штаны и белую рубаху с широкими рукавами.

— Добрый, прекрасная леди, — ответил Арчель, — Вы тоже артистка?

— Не совсем, — лукаво подмигнула незнакомка, — Я тоже прибыла сюда на корабле с синими парусами, но только как сопровождающая. Я не выступаю.

— Что ж, очень жаль, — искренне сказал парень, — Могу я узнать ваше имя?

Девушка задумчиво повела головой:

— Насколько я знаю, мое настоящее имя относится к таким, которые в ваших краях не жалуют… Поэтому зовите меня просто Аль, — и протянула ему свою тонкую ручку.

Прикосновение ее пальцев к ладони показалось Арчелю смутно знакомым, и вспомнить, откуда именно, он не смог. Чуть замешкавшись, он невесомо поцеловал нежные пальцы девушки и с сожалением подумал, что вот-вот она уберет руку. Но нет — этого не последовало.

— Ты ведь придешь на представление? — тихо спросила она, — Могу замолвить за тебя словечко — Дунай мне не откажет.

— Было бы здорово, — кивнул Арчель, аккуратно поглаживая ее пальцы. Ему не хотелось, чтобы она убирала руку.

— Ну, тогда до завтра, — сказала Аль, — А мне пора возвращаться в свою комнату, да и Дунай скоро проснется.

— Да, — кивнул парень, — Мне тоже. Я могу понадобиться ему в любую минуту.

И девушка, улыбнувшись на прощание, ушла.

Ночью артисты установили на площади купол, и с самого утра в городе царило веселье. Ближе к вечеру начали запускать зрителей на их места, но представление не началось, пока не пришел правитель. Его вместе с подчиненными со всеми почестями проводили к первому ряду, а аристократ за кулисами блаженно потянулся и сказал:

— Да начнется представление.

Каких только номеров не показывали артисты! Были и фокусы, и сложные трюки, и танцы, но главный номер был оставлен под самый конец. Дунай, поправив перчатки и маску, за которой невозможно было распознать даже цвет его глаз, вышел на сцену — зал замер в предвкушении — и тихо обратился в пустоту:

— Ну-с, Тени, друзья мои… Покажитесь.

И в этот же миг его тень поднялась с пола и встала рядом, как человек. Зал ахнул, а глава Дорны заскрежетал зубами от раздражения. Подчиняясь мановению руки, тень разделилась на четыре клона и окружила аристократа, как его верная свита. Сначала тени двигались однообразно и синхронно, но вдруг начали двигаться так, будто каждая была самостоятельным существом. Зрители не сразу поняли, что тени начали танцевать. Зазвучала тихая музыка, по залу разгулялись голоса, исходящие неизвестно откуда, и люди не на шутку испугались.

— Не бойтесь, — послышался бархатный голос аристократа, — Сегодня тени поют и танцуют для вас.

На мгновение его темная свита замерла, но вскоре вновь началось движение, возобновились голоса, и людей поглотило необычное зрелище: тени танцевали, меняя форму и размеры, показывая причудливые образы, и пели так, как не мог петь ни один человек — их голоса исходили из каждого уголка, из каждой щелки, со всех сторон. Вскоре аристократ вышел из их окружения и заговорил:

— Я расскажу вам маленькую сказку,

О том, как в мире появилась одна маска,

Способная менять всю суть вещей,

Природы человека и теней.

И начал петь:

— Все началось в те темные года,

Когда в черном замке колдунья жила,

Не знала добра и привыкла страдать.

Решила всем людям проклятье создать.

Проклятье из книг и свеча над котлом,

И маска в руках, чтоб создать из нее

Гремучую смесь из страданий и лжи,

Чтоб каждый, кто взял, не смог мирно жить.

Тени кружили по сцене, подпевая и изображая историю в темных силуэтах.

Она по ночам упивается тьмой

И слушает волчий чарующий вой.

В огне черепа — кто ее обманул,

И души в кувшине томятся в плену.

Прочла заклинание, зажегся огонь —

И вот уже маска пропитана тьмой.

Горда и довольна, уснула она.

Проснувшись, творение в наш мир принесла.

Не успело прозвучать последнее слово, как тени с леденящим кровь воем стремительно разлетелись по залу, пугая людей до слез и крика. После чего они исчезли, а аристократ красиво поклонился. Зрителям понадобилось время, чтобы придти в себя, после чего зал взорвался восторженными криками и аплодисментами. Представление прошло на ура!

Наступила ночь, и артисты разошлись по своим номерам, весело переговариваясь и желая друг другу приятных сновидений. Арчель, видевший все выступление, уже и забыл, для чего его отправили вместе с аристократом — он был поражен, как никогда — и, задумавшись об увиденном, не сразу услышал, что его зовут. На его плечо легла тонкая рука в перчатке.

— Господин? — парень обернулся.

— Заходи, — качнул головой аристократ, указав на дверь в свою комнату.

Арчель повиновался. Дунай наполнил два бокала вином, подал один парню и вальяжно расположился на небольшом диване.

— Сколько тебе лет? — спросил аристократ.

— Двадцать шесть, — ответил Арчель.

— Пятнадцать лет назад ты был здесь?

— Да.

— Что ты помнишь с того времени?

— Вы имеете в виду Ночь свержения?

Дунай кивнул.

— Помню обезумевших людей, сжигающих на площади мертвые тела. Помню, как повелитель говорил о династии, предавшей доверие народа. Помню, что было страшно, и я не понимал, почему люди так себя ведут.

— Что-то конкретное твой повелитель рассказывал о сверженной династии?

— Только то, что она была староверующей и выполняла темные ритуалы для своего процветания.

— И это все?

— Да.

Аристократ чему-то ухмыльнулся.

— И ты веришь в это?

Арчель задумался и глотнул вина. Прежде сомневаться в правоте правителя ему не приходилось, но почему-то в этот момент все изменилось. Теперь он скорее поверил бы в то, что сказка, рассказанная Дунаем со сцены, реальна.

— Я не знаю, — запутавшись, вздохнул парень.

— Что ж, — повел головой аристократ, — думаю, скоро я раскрою тебе истину. А сейчас ступай.

И Арчель покинул его комнату, со стыдом осознавая, что шпионить за Дунаем больше не сможет, хотя ох как бы хотел узнать, как аристократ выглядит без маски. Всего за день он успел привязаться к нему, начал проявлять симпатию, к тому же теперь он совсем не хотел, чтобы артисты покинули город.

Оставшись наедине с самим собой, аристократ проверил, хорошо ли задернуты занавески и заперта ли дверь, и только после этого тяжело вздохнул и обратился в пустоту:

— Тени, друзья мои, поведайте мне, что же узнали вы.

Не успело прозвучать последнее слово, как тень аристократа поднялась с пола, разделилась на четыре клона, и в следующее мгновение перед ним стояли те же молодые люди в масках, что сопровождали его днем.

— Мы искали по всем уголкам и щелкам, — молвила первая Тень.

— Мы проникли во все темные сознания, — молвила вторая.

— Мы нашли виновных, — молвила третья.

— И готовы выполнить приказ, господин, — молвила четвертая, и Тени поклонились аристократу.

— Вы точно знаете виновных? — спросил он, и Тени хором ответили: «Знаем».

— Что нужно сделать, чтобы восстановить разрушенное ими?

— Тех, кто лишил цветения — утопить в реке,

Речной бог голоден и жаждет крови.

Тех, кто убил наследника семьи — зарыть живьем в земле,

Бог жизни требует их боли.

Тех, кто освободил нас — сжечь в костре,

Мы не желали выходить из тени.

Того, кто власти пожелал за счет смертей —

Зарезать, кровью орошая землю.

Свершить деяния в истинном обличье,

Приняв на душу бремя мести.

И пусть узрят заклятые враги

Лицо того, кто заберет их жизни, — молвили Тени хором и поклонились аристократу.

— Значит, пришло время, — прошептал он.

— Мы приведем жертв к реке, — молвила одна из Теней, — и скроем вас от лишних глаз.

— Действуйте, — сказал аристократ.

Тени поклонились ему и растаяли в воздухе, а сам он бесшумно покинул свою комнату.

В поместье правителя проходило собрание. Глава Дорны, озлобленный и раздраженный, собрал своих подчиненных, чтобы решить не дающий ему покоя вопрос — как избавиться от нахального юнца, которого называют аристократом в маске? Он видел в нем наследника Морисов, хотя прекрасно помнил, что все они были сожжены на площади пятнадцать лет назад. Среди его подчиненных были и те, кто на протяжении долгих лет вылавливали из реки синие розы — дань бывших правителей Речному богу. Их было трое, и все они высокие крепкие опытные мужчины. И вдруг услышали они у себя в голове тихие напевы и не смогли им воспротивиться — их, словно магнитом, потянуло к реке. В полном забытье, не догадываясь о своей участи, они шли, подчиняясь воле Теней, поющих в их сознании. Когда мужчины дошли до середины огромного моста, Тени перестали петь и позволили им прийти в сознание. Перед ними предстал аристократ, и они насторожились. Дунай медленно стянул с рук перчатки и снял маску. В момент, когда она отделилась от лица, черновласый аристократ превратился в желтоглазую девушку с зелеными волосами и вязью старинного знака на виске.

— Ведьма! — воскликнули мужчины и обнажили свои мечи и кинжалы.

— Это вас не спасет, — сказала девушка, — Меня зовут Эльба Морис. Я отомщу за убийство моей семьи, — и сняла с пояса стилет с длинным тонким лезвием.

Мужчины разом бросились на нее, но не смогли даже прикоснуться — двигалась она быстро и неуловимо. И тот, кто оказался ближе к ней, чем остальные, первым принял стилет в сердце и отправился на закуску к Речному богу. Очень скоро к нему присоединился и второй, и третий. В миг, когда последний из них потонул, город расцвел так, как цвел только во время правления Морисов. Эльба облегченно вздохнула, стерла кровь со стилета и вернулась в гостиницу.

С самого утра поместье Дорны стояло на ушах. Правитель был зол, как никогда — мало того, что его подчиненные не уследили за нахальным юнцом, так еще и трое его лучших шпионов пропали без следа. Глава ярился и кричал, приказывал ни на секунду не выпускать аристократа из виду.

А в городе царила радость, какой не было уже давно. Повсюду распустились прекрасные цветы, деревья разрослись изумрудной листвой, а земля стала почти черной.

В полдень Арчель постучался в комнату аристократа и, не услышав ответа, потянул дверь на себя — она открылась. Дунай спал на небольшом диване в одежде и маске, прикрывшись длинным плащом. Его черная коса покоилась на плече, а руки в тонких перчатках были сложены на груди. Арчель сам не заметил, как приблизился к нему, не сводя глаз с расслабленного лица. Желание увидеть его без маски стало сильнее, и рука сама потянулась к ней, но стоило пальцам слегка коснуться ее края, как губы спящего разомкнулись и прошептали:

— Лучше этого не делать.

Парень вздрогнул, но не убрал руки, касаясь черной маски пальцами.

— Простите, господин, — вздохнул он, — Я не смог совладать со своим любопытством.

Рука в тонкой перчатке мягко сжала его ладонь и отвела ее от маски.

— Ничего страшного, — сказал аристократ, — Просто сейчас не время.

Арчель согласно кивнул и спросил:

— Сегодня снова будет представление?

— Конечно, — ответил аристократ, — Люди хотят зрелищ!

И вечером артисты показали совершенно новые фокусы, трюки и танцы, а Дунай рассказал совсем другую сказку.

С наступлением ночи, отправив Арчеля отдыхать, аристократ заперся в своей комнате и вновь призвал к себе Тени. Они поклонились и первая молвила:

— Отправляйтесь на дальнюю пустошь.

— Мы приведем следующих жертв, — молвила вторая.

— Одна из нас выроет могилы, — молвила третья.

— Но закопать их должны будете вы сами, — молвила четвертая.

— Действуйте, — сказал аристократ.

Тени поклонились ему и растаяли в воздухе, а сам он бесшумно покинул комнату.

В поместье Дорны мало кто спал. Правитель непрестанно думал о нахальном юнце и оттого еще больше злился, обеспокоенные люди бродили по коридорам, а стражники на своих постах не смыкали глаз. На одной их обзорных башенок дежурили трое метких лучников, которые двадцать пять лет назад по приказу главы Дорны застрелили сотню белых голубей и собрали тыквенные зерна, выпавшие из птичьих клювов. Все они были опытными и умелыми бойцами и никогда не расставались со своими стрелами и луками. Вдруг услышали они у себя в голове тихие напевы, призывающие их покинуть пост и уйти далеко от поместья, и не смогли им противостоять. Не осознавая, что делают, они не заметно ушли, и их отсутствия не замечали еще несколько часов. Голоса в сознании вели их далеко за город, пока у них не начали ломиться ноги от усталости и боли, и вывели на пустошь, где их поджидал аристократ в маске и три свежевырытые могилы. Голоса заставили лучников подойти к самым краям могил и исчезли. Мужчины, хоть и едва держались на ломящихся ногах, тут же схватились за свои стрелы и луки и направили их на аристократа. Тот стянул с рук перчатки, снял маску, и вновь на его месте оказалась желтоглазая девушка с зелеными волосами и тонкой вязью старинного знака на виске.

— Что за дьявольские шутки?! — воскликнул один из лучников и пустил стрелу в девушку.

Впервые в своей жизни он не попал в цель — стрела даже не задела незнакомку.

— Вас это не спасет, — молвила девушка и беспрепятственно подошла к нему.

Лучник пошатнулся от страха, не смог устоять на краю могилы и рухнул вниз. Вскоре и второй, и третий последовали за ним.

— Меня зовут Эльба Морис. Двадцать пять лет назад по вашей вине погиб мой брат, и расплата за это будет жестока, — сказала девушка и принялась закапывать еще живых лучников.

Мужчины пытались выбраться, но не смогли даже встать на ноги, а могилы их были глубоки. Они кричали и просили о пощаде, но девушка была непреклонна, а вокруг не было ни души. На рассвете, когда последняя горсть земли опустилась на могилы, город наполнился веселым пением птиц, и животные, что раньше были ленивы и угрюмы, оживились.

Утром поместье Дорны вновь было поставлено с ног наголову — правитель нигде не мог найти своих верных лучников и впал в ярость. «Тут точно не обошлось без Мориса! — гневно думал он, — Нужно схватить его, пока не пропал еще кто-нибудь!» И он послал одного из своих подчиненных в гостиницу, чтобы, во-первых, проверить, там ли аристократ, во-вторых, за Арчелем, который все еще проживал там. Вскоре парень предстал перед главой Дорны.

— Где сейчас этот юнец? — спросил у него правитель, кипя от злости — ему уже доложили, что Дуная в гостинице не нашли.

— Не знаю, — честно ответил Арчель, за что получил хлесткую пощечину.

— Возвращайся туда немедленно! — закричал правитель, — Доложишь, как только он объявится! Убирайся!

Парень вернулся в свою комнату в гостинице и, хоть к этому моменту аристократ уже объявился, не стал докладывать об этом никому, не стал даже стучаться в его дверь, зная, что он сейчас спит. Когда настало обеденное время, парень вновь потянул дверь на себя — она открылась. Дунай спал на диване, а его плащ, которым он накрывался вчера, валялся на полу рядом. Арчель тихо приблизился, поднял плащ и осторожно накрыл им спящего. Ладонь в перчатке коснулась его щеки, по которой ударили утром — на ней остались ссадины и маленькие царапины от ногтей.

— Кто тебя так? — шепотом спросил аристократ.

— Правитель, — ответил парень.

— За что?

— За то, что я не знал, где вы были этим утром.

— Ясно, — мрачно промолвил аристократ, погладив пальцами щеку парня.

— Сегодня снова будет представление? — спросил Арчель.

— Да, — ответил Дунай, — Но только ночью.

— Буду ждать с нетерпением, — сказал парень и покинул комнату аристократа.

Дунай проводил его печальным взглядом, после чего поднялся с дивана и запер дверь.

— Тени, друзья мои, покажитесь, — молвил он в пустоту, и тут же перед ним возникли четыре фигуры в масках.

— Эта ночь будет решающей, — молвила первая.

— Последняя наша ночь на земле, — молвила вторая.

— Пришло время вернуться во тьму, — молвила третья.

— Да свершится месть! — молвила четверная.

— Скажите мне, что нужно сделать, — спросил у них аристократ.

— На место, где сжигали староверцев,

Тех, кто заставил нас покинуть тень,

Мы приведем, закованными в цепи,

Они должны будут в огне сгореть.

Снимите маску и своей рукою

Вонзите в их сердца точеный нож,

И пусть они становятся золою,

Ее днем позже смоет сильный дождь.

— А что же делать с главой Дорны?

— Он разозлится, когда увидит пламя, — молвила первая Тень.

— Мы приведем его в лес к высохшему древу, — молвила вторая.

— Мы дождемся, когда его кровь смешается с землей, — молвила третья.

— И покинем вас, как только ритуал пятнадцатилетней давности будет завершен, — молвила четвертая, и Тени поклонились аристократу.

— Что ж, — произнес он, — Будем ждать ночи.

Тени растворились в воздухе, а Дунай задумался на несколько минут, после чего стянул перчатки с рук и снял маску. И вновь на месте черновласого аристократа возникла желтоглазая девушка с зелеными волосами. Она спрятала маску в сундуке и, покинув комнату, постучала в дверь Арчеля. Тот был приятно удивлен, вновь увидев ее перед собой.

— Здравствуй, — улыбнулась ему Эльба.

— Добрый день, Аль, — ответил Арчель, и девушке пришлось подавить желание раскрыть свое настоящее имя.

— Ты чем-то обеспокоена? — заглянув ей в глаза, спросил парень.

— Немного, — кивнула она, — У меня есть к тебе один вопрос.

Арчель приготовился слушать.

— Скажи, если б тебе предоставили выбор, какому правителю служить, кого бы ты выбрал? — спросила Эльба.

Парень на секунду опустил взгляд, вздохнул и признался:

— Будь у меня выбор, то я бы без колебаний пошел на службу к Дунаю.

— Так почему же ты служишь Дорне?

— Потому, что ей служили мои родители. Они хотели, чтобы и я служил у высших господ.

— А если я скажу тебе, что ты можешь уехать с нами на корабле с синими парусами, каков будет твой ответ?

— Тогда я уеду с вами, — уверенно ответил парень, глядя в желтые глаза.

— Может ли что-то повлиять на это решение и заставить тебя передумать?

— Ровным счетом ничего.

Эльба улыбнулась.

— Это все, что я хотела знать. Увидимся поле представления.

Вечером правитель, собрав своих подчиненных, отправился на площадь, где все еще располагался купол артистов. Он решил задержать нахального юнца сразу после представления и для этого распустил своих шпионов по округе, чтобы не позволить Морису скрыться. У каждого из них было по железной цепи, чтобы заковать аристократа. В толпе и суматохе глава Дорны не заметил, как пропали трое его подчиненных — те самые, что пятнадцать лет назад сожгли окровавленные горстки земли, чем положили конец династии староверцев. Просто в один момент в их головах зазвучали чарующие голоса, заставляя подчиняться их воле. Мужчины незаметно отбились от остальных. Голоса заставили их зайти в темный подвал, заковать друг другу руки железными цепями, а после усыпили их. Покинув спящих жертв, Тени явились к аристократу.

— Мы сковали жертв, — поклонились они.

— Опустела ли площадь? — спросил у них Дунай.

— Все горожане под куполом дожидаются начала представления, — молвила первая.

— Пора вам приготовить помост для сожжения, — молвила вторая.

— Одна из нас заменит вас на представлении, — молвила третья.

— А до этого мы скроем вас от глаз шпионов, — молвила четвертая.

— Действуйте, — сказал аристократ, и Тени растворились в воздухе.

Он стянул с рук перчатки и снял маску, и вновь на его месте появилась желтоглазая девушка. Она безбоязненно вышла из-под купола — никто из шпионов правителя не обратил на нее внимания, ибо Тени отводили от нее их взгляды. Она сгрузила поленья на помосте и облила их горючим маслом. Вскоре Тени вывели к ней закованных в цепи шпионов и только тогда, когда девушка приковала мужчин к столбу, покинули их сознание. Те очнулись и, обнаружив себя на помосте, приготовленными к сожжению, начали угрожать ей и звать на помощь своих товарищей.

— Вас это не спасет, — сказала девушка, снимая с пояса острый нож.

Как бы громко не кричали мужчины, другие шпионы их не слышали и не видели — Тени надежно скрывали их.

— Меня зовут Эльба Морис. Пятнадцать лет назад вы не дали мне запечатать темную силу, и из-за этого моя семья была убита. Расплатиться за это вы можете только своей жизнью.

Мужчины еще пытались отбиваться, но каждый в конце концов принял нож в сердце. Девушка сошла с помоста, бросила на поленья зажженный факел и накинула на голову капюшон плаща — такого же, как у шпионов Дорны. В этот момент Тени сняли свою защиту и отправились под купол, где одна из них в миг приняла облик аристократа и вышла на сцену вместо него. Огромный костер на помосте привлек внимание шпионов и ни мало их удивил — секунду назад ничего не было, и вдруг такое! Те, кто стоял ближе, сумели разглядеть мертвые лица товарищей до того, как их охватило пламя. Эльба успешно скрывалась под плащом и подыгрывала растерянным подчиненным правителя. Вскоре несколько мужчин бросилось к куполу, чтобы доложить главе Дорны о происшествии. Правитель, сидя на первом ряду, ерзал и все сильнее раздражался — что-то явно было не так. Юнец, вещающий со сцены был не таким, как прежде, да и теней при нем было лишь три. Когда под купол, прервав представление, ворвались его шпионы и рассказали о случившемся, он бросил взгляд на сцену и к своему ужасу не обнаружил там ни юнца, ни его теней. Взволнованные люди начали выбегать на улицу, и вскоре послышались крики ужаса. Все смотрели на пожарище, охватившее три мертвых тела, прикованных к столбу на помосте. Правитель, узрев это, ужаснулся и принялся ловить своих шпионов за плечи, задавая всем один и тот же вопрос: «Где он?!» Все растерянно мотали головами, говоря, что ничего не заметили, но вдруг один из них очень спокойно промолвил:

— Он направился в сторону леса.

Правитель яростно скомандовал: «Веди меня за ним! Придушу Мориса собственными руками!» И шпион двинулся в путь. За ними ушли еще трое, и как только все они скрылись с площади, следом отправился еще один. Никто и даже подчиненные не заметили в суматохе, что правитель пропал. И верно, ведь увели его не шпионы, а Тени, принявшие их облик.

Глава Дорны шел быстро, как мог, и лицо его побагровело от натуги. Тени завели его в лес, лавируя меж деревьев, углубились в чащу и остановились на маленькой полянке, где находилось одно-единственное древо, да и то было мертво и обезвожено. Правитель перевел дух и огляделся вокруг — рядом не было никого, даже Теней, которых он принял за своих шпионов, а путь к выходу из леса он не запомнил, ибо едва успевал за провожатыми и не ничего не видел в темноте. Вновь им овладела ярость.

— Что за шутки? — крикнул он в пустоту, — И где это чертово отродье? Где Морисов щенок?

— Прямо перед тобой, — раздался голос из темноты, и правитель разглядел недалеко от себя тонкую фигуру девушки со светло-зелеными волосами и желтыми глазами, сверкающими во мраке, словно кошачьи.

— Что за бесанина?! — воскликнул он, сверля незнакомку злобным взглядом.

— Меня зовут Эльба Морис, — сказала девушка, — Я единственный выживший наследник своего рода и хранитель темной реликвии. По твоему приказу моя семья была уничтожена, а страна на многие года утратила процветание. За это ты поплатишься своей жизнью.

— О чем ты, ведьма? — усмехнулся глава Дорны, — Я лишь забрал то, чего был достоин.

— О нет, — качнула головой Эльба, — То, чего достоин, ты получишь прямо сейчас.

Она лишь шагнула к нему, а он начал пятиться и, как не старался успокоиться, с каждой секундой боялся все сильнее. Когда же девушка подошла на расстояние вытянутой руки, он попытался ее ударить — ринулся вперед, замахиваясь кулаком, и сам насадился на подставленный нож. Лезвие, шкрябая по ребрам, провернулось раз-два и исчезло, и кровь правителя хлынула на сырую землю, а его полное тело завалилось на редкую траву. Эльба вытерла лезвие ножа, порезала им свою левую ладонь вдоль светлой полоски шрама, оставшегося со дня незавершенного ритуала, и разбрызгала кровь по округе. В миг, когда последняя капля упала на землю, Тени, скрывающиеся во мраке, издали восторженный возглас, и вскоре от них не осталось и следа.

На рассвете Эльба вышла из леса, неся в руках черную маску, в которой не осталось ни капли тьмы, ведь привязанные к ней Тени вернулись в свой мир. Уставшая девушка вернулась в гостиницу, на пороге которой ее встретил Арчель.

— Как думаешь, — спросила она у него, — расстался бы Дунай этой ночью со своей маской и перчатками, если не снимал их даже во сне?

— Думаю, что нет, — уверенно ответил парень.

— А как думаешь, действительно ли существует маска,

О коей рассказал он сказку?

Способная менять всю суть вещей,

Природы человека и теней?

— Думаю, что существует.

— А как думаешь, могла ли быть эта маска у кого-то, кто с ее помощью выдавал бы себя за Дуная?

— Думаю, такое возможно.

— И верно, — кивнула Эльба, — Это я выдавала себя за него.

Арчель внимательно оглядел девушку и заметил, что с виска ее пропала вязь старинного знака, а в руках она держала черную маску.

— А я уж думал, — вздохнул Арчель, — что сошел с ума, раз меня тянет к мужчине. А все это время под маской скрывалась ты.

— Да. Меня зовут Эльба Морис. Я последняя наследница династии староверцев и хранитель темной реликвии.

— Значит, ты Истинная правительница? — прошептал парень.

— Да, — ответила Эльба, — Но я не смогу править одна. Надеюсь, ты мне поможешь.

Арчель опустился перед ней на колено и благоговейно поцеловал ее тонкие пальцы, удерживающие черную маску.

— Сочту за честь просто служить тебе.

День только начался, а Эльба и Арчель, проведя эту судьбоносную ночь на ногах, спокойно уснули, сжимая друг друга в крепких объятьях. Ближе к вечеру прошел сильный дождь и смыл все следы свершившейся мести. Страна обрела новых правителей, которые заботились лишь о ее процветании и благополучии. Они продолжили выполнять ритуалы староверия в тайне от жителей, и отныне никто не пытался этому помешать. А черная маска упокоилась в подвале поместья, заросшего синими розами.

Режим бетинга временно недоступен. Пожалуйста, сообщайте авторам об ошибках с помощью личных сообщений, а не с помощью комментариев.

Обсуждение 

Нет комментариев

Страница сгенерирована за 0,011 секунд